Из сказанного выше видно, что и Военной совет фронта внес определенную лепту в вопросы планирования разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом. По-видимому, были высказаны также соображения и военными советами других фронтов, действовавших на сталинградском направлении. Несомненно, что в целом план разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом явился результатом большой творческой деятельности военных советов фронтов, Ставки Верховного Главнокомандования, Генерального штаба. После утверждения его Верховным Главнокомандованием он стал законом для нас. Мы с начальником штаба были довольны тем, что наши предложения совпали с основами плана или, возможно, легли в основу такого плана.
В октябре из Генерального штаба прибыл генерал-полковник Василевский. Военному совету фронта он сообщил, что план наступательной операции принят Ставкой и что операция намечена на десятые числа ноября. Кроме этого, он довел до нашего сведения состав сил и средств, предназначенных фронту для контрнаступления. Мы обменялись мнениями по вопросам предстоящей операции.
Помню, что после обеда, во время которого Александр Михайлович поделился с нами московскими новостями, рассказал, что столица живет Сталинградом и уверенностью в скорой победе, мы с начальником штаба еще раз обсудили детали намеченного нами решения. Около 8 часов вечера, поручив начальнику штаба генералу Варенникову[64] заниматься текущими делами, я заперся у себя в землянке, чтобы окончательно отработать это решение и зафиксировать его на бумаге. Приказав адъютанту никого ко мне не допускать и по телефону не звонить, за исключением члена Военного совета и начальника штаба, я просматривал сведения о боевом и численном составе армий, о подтягиваемых к ним резервах, средствах усиления, а также о войсках противника как действующих, так и резервных. Несмотря на то что все это продумывалось нами уже давно и довольно всесторонне, мне пришлось потрудиться около 12 часов. Так как план наступления войск фронта, естественно, должен был сохраняться в строжайшей тайне, я даже для чисто технической работы никого не привлек. Проверив еще раз соотношение сил по этапам боя и по дням наступления, учтя резервы противника и их возможные действия против нас, я снова и снова прикинул направление главного удара, наметил состав ударных группировок 57‑й и 51‑й армий, определил подвижные группы, отметил по карте основные этапы операции. Мною, естественно, были учтены все данные, сообщенные товарищем Василевским, об общем замысле контрнаступления трех фронтов, а также о силах, дополнительно выделяемых Сталинградскому фронту.
Наибольшую сложность представлял анализ всех вопросов оперативного и тактического характера, особенно относительно выбора направлений главных ударов с тем, чтобы войска, действуя на этих направлениях, были поставлены в наивыгоднейшие условия по отношению к противнику. Незаметно прошла ночь. Ровно в 8 часов утра на следующий день работа была окончена. Решение о контрнаступлении войск Сталинградского фронта, как основа нашей операции, было выработано. В процессе работы я наносил на карту нужные данные и набросал на бумаге записку в виде конспекта (схема 16), который сохранился и ныне находится в историческом управлении Генерального штаба Советской армии. Вот некоторые цифры из этого документа.
«О своих силах.
62‑я армия, оставаясь почти в прежнем составе, получала одну бригаду и 1500 человек пополнения. Задача ее сводилась к активным действиям по очищению города к к огневой поддержке наступающих.
64‑я, несколько усиленная из резервов фронта, обороняясь на правом фланге, получала задачу нанести удар частью сил в направлении Ягодный, Гавриловка с выходом на следующий день наступления к Варваровке.
Ударная группа фронта состояла из 57‑й армии и правого фланга 51‑й армии.
57‑я армия первоначально имела в своем составе 169‑ю и 422‑ю стрелковые дивизии, 143‑ю стрелковую бригаду, 13‑й мехкорпус (в корпусе 117 танков), 99‑ю и 56‑ю танковые, семь артиллерийских полков усиления, один армейский и два гвардейских минометных полка. Армия занимала исходное положение на фронте Ивановка, Дубовый Овраг протяженностью 35 км и получала задачу во взаимодействии с правым флангом 51‑й армии разгромить 2‑ю и 18‑ю пехотные румынские дивизии.
13‑й мехкорпус должен выйти на р. Червленная на участке Нариман, Ракотино, этим отрезались пути отхода противника на юг и юго-запад. Главный удар армии приходился на 16‑километровый участок Ивановка, балка Терновая; первый эшелон здесь состоял из двух стрелковых дивизий, одной стрелковой бригады, двух танковых бригад, семи артиллерийских полков, одного армейского минометного и двух гвардейских минометных полков.
