Сталин после почти месячного молчания направил Уинстону Черчиллю послание, в котором сообщил о приходе в северные порты СССР конвоя PQ-18 и просил о дополнительных поставках самолетов: «Мы бы могли временно отказаться от своих заявок на танки и артиллерийское вооружение, если бы Англия и США вместе могли поставлять нам 800 истребителей ежемесячно, из них примерно 300 штук – Англия и 500 штук – США». Черчилль 9 октября ответил Сталину: «Мы отправим, по возможности, в ближайшее время, по маршруту через Персидский залив 150 «Спитфайеров», и дополнительно будут посланы запасные части, эквивалентные 500 самолетам. Эти самолеты будут отправлены… в качестве специального подкрепления, которое мы не сможем предоставить вторично». В Великобритании тогда производство самолетов лишь ненамного перекрывало потери, и основная часть авиатехники поступала из США, которые к этому времени вышли на производство 3200 самолетов в месяц. То есть Сталин претендовал примерно на пятую часть авиации США и Великобритании. В СССР во второй половине 1942 года вышли на производство свыше 2600 самолетов в месяц, но большая их часть приходилась на У-2 – деревянные тихоходы с полотняными плоскостями, со скоростью 100–150 километров в час. Такие машины были сняты в Европе с вооружения в начале 1930-х годов. Советские летчики в 1930-е годы устанавливали мировые рекорды на истребителях и бомбардировщиках отечественной и действительно наисовременнейшей конструкции, но в массовое производство их не запускали. Например, за весь 1941 год было произведено всего 146 Пе-2 – знаменитых пикирующих бомбардировщиков конструкции В. М. Петлякова, испытания которого были завершены еще в мае 1940-го. Немцы пренебрежительно называли наши самолеты «рус-фанер», но, надо сказать, точность ночной бомбардировки У-2 была поразительной. Наши летчики придумали еще такую вещь: набирали на «небесных тихоходах» высоту 2000–2500 метров и абсолютно бесшумно планировали на объект. Это породило в немецких войсках упорные слухи о новой – безмоторной – авиации у русских.
Бои в Сталинграде шли уже непосредственно за заводы, за отдельные кварталы и наиболее важные объекты. Немцы захватили заводские поселки Красный Октябрь и Баррикады.
В ночь на 4 октября через Волгу переправлялись части 37-й гвардейской стрелковой дивизии, но без противотанковой артиллерии, так как не хватило переправочных средств. Части дивизии сразу же вступили в бой с гитлеровской пехотой и танками, прорвавшимися через боевые порядки 112-й и 308-й стрелковых дивизий.
Восточнее завода «Силикат» части 92-й стрелковой бригады и 339-го полка 308-й стрелковой дивизии препятствуют наступлению противника на сад «Скульптурный».
Во второй половине дня перешла в наступление вражеская группа с северной окраины пос. Баррикады.
Коллектив завода № 91 (химзавод, работает 465 человек) вырабатывает горючую жидкость «КС», ежесуточно 450 килограммов мыла, делает печи для окопов. Ремонтируются орудия, кухни. На территории завода для бойцов работают баня, прачечная и дезкамера, которые пропускают по 450 человек в день.
Сталин телеграфировал на Сталинградский фронт: «Сталинград не должен быть сдан противнику, а та часть Сталинграда, которая занята противником, должна быть освобождена». Гитлер же потребовал от командования группы армий «Б» любой ценой захватить город в ближайшие дни.
Ввиду безрезультатности атак немцы отказываются от активных действий против наших частей, оборонявших поселок завода «Красный Октябрь», и переносят свои усилия к северу. С 28 сентября за семь суток непрерывных боев противнику ценою больших потерь удалось продвинуться всего лишь на 400–600 метров. Возраставшие потери врага вынуждают его вводить в бой строительные, понтонные части, так как ни резервов, ни подходивших пополнений не хватало.
Весь день противник атакует позиции советских воинов в районе поселка Сталинградского тракторного завода.
Наступательные действия немецко-фашистских войск сопровождаются непрерывной бомбардировкой авиации. Только на боевые порядки 37-й гвардейской стрелковой дивизии за день противник совершил до 700 самолето-вылетов.
Боец 7-й роты 405-го стрелкового полка 124-й стрелковой дивизии Н. Ф. Аверьянов юго-западнее Серафимовича, на высотах в районе Фомихинского, грудью закрыл амбразуру вражеского дзота.
Вражеская авиация весь день бомбит боевые порядки советских воинов. Во время одного из налетов от вражеской бомбы погиб штаб 339-го стрелкового полка, его командир и комиссар.
62-я армия отражает массированные атаки противника при мощной поддержке авиации в районе поселка СТЗ. 64, 57, 51-я отбивают все атаки противника, прочно удерживая свои позиции.
