Сталинский рейд полностью

5 ноября. Санитарная часть пополнилась медицинскими работниками. К нам пришли фельдшер Бунякинского сельского медпункта Бобина Матрена Павловна средних лет и молодая жизнерадостная комсомолка медсестра Аня Борисенко. От них мы узнали о гибели председателя Путивльского райисполкома Ивана Ивановича Высоцкого, оставленного обкомом партии для организации подполья в районе. Дело было так. Вскоре после прихода немцев Высоцкий пошел на связь в Новую Слободу и по дороге подорвался на мине. Колхозники нашли его в бессознательном состоянии. Раненый, он потерял много крови, начиналась гангрена. Необходима была срочная операция. Любили люди Высоцкого. Пренебрегая опасностью, слобожане отвезли его в Путивльскую больницу под чужой фамилией. Там Высоцкого оперировали, появилась надежда на спасение. Но, как говорит старая, еще не отжившая свой век русская пословица, что в семье не без урода. И в городе нашелся подлец – выдал. Фашисты ворвались в больницу и на глазах у больных расстреляли Высоцкого.

Матрена Павловна и Аня были непосредственными свидетельницами этой трагедии. Рассказывая, обе рыдали. Особенно переживала Матрена Павловна – это исключительно сердечная женщина, не раз рисковавшая жизнью ради спасения советских людей. И нам сейчас тяжело было слушать ее, ведь мы все хорошо знали Высоцкого. Наступило тягостное молчание.

Первым поднялся Руднев, одернул гимнастерку.

– Ну ладно… Слезами горю не поможешь… Вышивать, девчата, умеете?

– Умеем, но разве сейчас время для вышивания? – спросила Бобина с удивлением.

Тогда Базима показал знамя. Женщины охотно взялись за дело. В верху полотнища, под гербом Советского Союза, они вышили полукругом «Путивльский партизанский отряд». Оно прошло с нами долгий и славный путь борьбы. Сейчас знамя хранится в Киевском республиканском историческом музее.

6 ноября. Во второй половине дня в селе Литвиновичи наши бойцы Рудиков, Таиров и Василенко нарвались на засаду противника и в перестрелке погибли. Похоронили их в Спащанском лесу с воинскими почестями, как героев. Это первые наши потери. Кто знает, сколько их еще впереди! Но не уйдут от расплаты фашистские изверги и их приспешники. Множатся ряды народных мстителей. Каждый день приходят к нам добровольцы с оружием. Партизанское движение приобретает общенародный характер. И никаким завоевателям не устоять против этой грозной нарастающей силы.

Агитколлектив уже не справляется с быстро растущими масштабами работы. Необходимо так организовать политпропаганду, чтобы слово большевистской правды всегда своевременно доходило как до бойцов отряда, так и до населения. Особенно это необходимо сейчас, в канун годовщины Октябрьской революции. По инициативе Семена Васильевича Руднева назначили политруков во всех оперативных группах и подразделениях. Выдвигали на эту работу самых грамотных и авторитетных коммунистов.

Сегодня вечером политруки групп и бойцы агитколлектива в десятках сел Путивльского, Кролевецкого и Шалыгинского районов провели собрания, посвященные 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.

7 ноября. Отряд выстроился у штабной землянки. Комиссар торжественно зачитал приказ. После короткого митинга бойцы дружно спели «Интернационал».

Я внимательно всматривался в знакомые лица и мне казалось, что каждый из них думает о том, доведется ли встречать двадцатипятилетний юбилей власти Советов? В боевой обстановке никто не знает, что будет с ним завтра, через час, даже через минуту. Впрочем, об этом партизаны если и думают, то крайне редко. Их помыслы и дела направлены к единой цели – изгнать с родной земли врага, уничтожить фашистскую чуму. И они знают, что это время придет. Ради приближения этого грядущего завтра советские люди по доброй воле берутся за оружие, идут на тяжкие испытания и жертвы.

К праздничному дню мы приурочили отправку за линию фронта двух выздоровевших летчиков Калинина Николая Михайловича и Воскресенского Михаила Григорьевича.

Вот какая с ними приключилась история. Самолет Михаила Воскресенского, подбитый в воздушном бою, упал на поле между Бурынью и Путивлем. Штурман и радист погибли, пилот получил тяжелое ранение. Примерно в то же время был сбит близ Путивля и Николай Калинин. Обоих летчиков – одного истекающего кровью, второго контуженного – подобрали колхозники, переодели в гражданскую одежду и поместили в Путивльскую больницу, как своих односельчан, будто бы пострадавших при тушении пожара на колхозной ферме. Но маскировка не удалась: немцы узнали, что это за люди. Летчикам грозил лагерь военнопленных.

Мы решили спасти их. Поручили эту операцию связным Докукину и Полтавцеву. Провели они ее блестяще. Узнав, что один из сотрудников больницы связан с немцами, ночью явились к нему домой и предъявили ультиматум: или помоги выкрасть двух больных, или будешь расстрелян, как изменник Родины. Предатель испугался и вызвался организовать побег летчиков.