В начале мая гитлеровцы нащупали след подпольщиков. Разгромили две явочные квартиры. Нависла угроза провала и над Михаилом. Нужно было немедленно уходить. Михаил принес точные сведения о силах и дислокации оккупантов не только в городе, но и во всем Путивльском районе.
В отряде Михаил успешно продолжал разведывательную деятельность. В городской полиции служил один его знакомый. В дни отступления этот не слишком крепкий человек потерял веру в нашу победу. Когда оккупанты вызвали его в комендатуру и предложили ехать в Германию или служить в полиции, он выбрал последнее. Но совесть у парня сохранилась. От участия в грабежах и расстрелах он всячески уклонялся. В семье и среди друзей не скрывал свою ненависть к оккупантам и их прислужникам. Об этом узнали подпольщики, предложили сообщать им нужные сведения. Полицейский охотно согласился и стал нашим хорошим агентом.
Все дороги и тропы, ведущие в Путивль, тщательно охранялись усиленными фашистскими заставами. Но, зная их расположение, Миша Фомин регулярно, через каждые два-три дня, благополучно проникал в город и возвращался в отряд. От него мы своевременно узнавали о подготовке карательных экспедиций. Позавчера полицейский агент выведал, что комендант города послал к нам двух провокаторов. Сегодня сообщил еще о троих. Все они обезврежены. На допросе показали, что немецкое командование весьма обеспокоено нашими действиями на железнодорожной магистрали. Оно уже знает о передвижении отрядов, но не знает, где будут базироваться. На послезавтра намечена крупная операция с участием танков и броневиков.
Диверсионная группа лейтенанта Киселева зашла в тыл наступающему противнику и нанесла сильный удар. Справа открыли огонь пулеметчики отделения капитана Дегтева, слева поднялись в атаку бойцы отделений Зикеева и Устинова.
Богдановский с пятью партизанами скрытно подобрался к взводу немцев, разрушавших клевсньскую переправу. Перепуганные фашисты побежали к своим главным силам, но попали под огонь отделения Копейкина.
Несмотря на стрельбу в тылу своих боевых порядков, оккупанты продолжали нажим на группу Пятышкина – центр нашей обороны. Положение создалось не из приятных. Отряды находились друг от друга далеко, а гитлеровцы лезли напролом.
Около домика лесника путь им преградил пулеметный расчет сержанта Паникарова. После длинной очереди несколько фашистов упало, но остальные упорно продолжали продвигаться вперед. Оглушенный взрывом гранаты упал подносчик патронов, ранен второй номер Варакин. Пули задели щеку и пробили плечо Паникарову. Отважный сержант, обливаясь кровью, продолжал отбивать атаку до тех пор, пока не подоспели товарищи. Впереди была автоматчица Маруся Дунаева. За полчаса перед этим осколок мины раздробил приклад ее автомата. Притаившись в канаве, смелая комсомолка выждала, пока к месту, где она лежала, не подошел гитлеровец. Гранатой убила его, схватила трофейную винтовку и пробилась к Петру Паникарову.
Очередная вылазка гитлеровцев провалилась. Потеряв один средний танк, автомашину и тридцать пять солдат и офицеров убитыми, фашисты отошли в Путивль.
Вероятно, гитлеровские командиры опасались флангового удара партизанских групп из-за Клевени. Только этим можно объяснить их отход. Если бы они знали наше действительное положение, то, конечно, не прекратили бы атак и группе Пятышкина пришлось бы очень туго.
Метод этот рискованный, но верный. К чеке мины, поставленной под рельс, привязывается длинная тонкая веревка или провод полевого телефона. Укрывшись, диверсант ждет, когда паровоз наедет на то место, где заложена
Вкусный партизанский обед.., мина, дергает свою «удочку» и взрыв сталкивает под откос паровоз и набегающие на него вагоны.
