В ту же ночь был совершен налет на семь других сел, предусмотренных боевым приказом.
Лейтенант Николай Подгорный, выполняя обязанности помпохоза, собрал столько трофейного оружия и боеприпасов, что его вполне хватило для вооружения восьмидесяти новых добровольцев.
Рейды Замулы и Хоменко в восточную часть Путивльского и на юг Шалыгинского районов отвлекли внимание противника от основных мест нашей дислокации. Активность отрядов возросла. Оперативные группы нападают на вражеские гарнизоны. Так, глуховчане под командой политрука Андрея Мисько разгромили гарнизоны в селах Землянка и Дубовичи, захватили два станковых пулемета и пятнадцать винтовок.
Минеры и диверсанты оседлали шоссейные и железные дороги, каждую ночь раздаются взрывы. Минеры Геннадия Гребенюка из Шалыгинского отряда на дороге Глухов – Рыльск подорвали на минах три автомашины с немецкими солдатами. Васильев с товарищами подорвали второй эшелон с танками. Уничтожены пятьдесят вагонов и паровоз. Ученик Васильева Ваня Варламов почти под самым Конотопом пустил под откос воинский эшелон из тридцати двух вагонов.
Каждый отряд тесно связан со своим районом и селами. У многих партизан там находятся родственники, знакомые – верные помощники. В течение последних пяти дней некоторые из них влились в наши ряды.
Теперь мы снова держим под своим контролем весь север Сумской области, и противник уже не может вести с нами борьбу мелкими подразделениями. Районные центры Путивль, Глухов, Конотоп, Кролевец, Шалыгино и Бурынь превращены им в крепкие оборонительные пункты. Зато из сел этих районов оккупанты и их приспешники изгнаны.
Панин направляет агитаторов в села, разбросанные на десятки километров. Партизанская лесная типография каждый день выпускает листовки тиражами по нескольку тысяч экземпляров.
Немцы усиленно кричат о начавшемся наступлении их войск под Харьковом. На это надо ответить усилением борьбы в тылу врага.
Специальную листовку выпустил Семен Васильевич о состоявшихся на днях встречах советских представителей с Черчиллем в Лондоне и Рузвельтом в Вашингтоне. Вслед за ней была выпущена листовка, рассказывающая о подписании договора между правительствами СССР, Великобритании и США «О союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны».
Третьего дня два батальона немцев пытались пройти через Антоновку на Воргол, но там их встретили Глуховский и Шалыгипский отряды и вынудили вернуться на исходные позиции. Позавчера 47-й и 51-й венгерские полки, усиленные танками и скорострельными пушками, начали наступление со стороны Кролевца на Морозовский лес, где стоит Кролевецкий отряд.
Соотношение сил явно не в нашу пользу. За последние три недели гитлеровцы сняли войска с восьми эшелонов, подтянули два полка 105-й венгерской дивизии. Таким образом, по самым грубым подсчетам, на одного партизана приходится приблизительно по пятнадцати солдат противника. Это не считая танков, танкеток, самоходных пушек.
Вчера завязались ожесточенные бои на подступах к Литвиновичам. Насмерть дрались отошедшие из села Камень партизаны Кролевецкого отряда и литвиновической роты под командой Михаила Ивановича Павловского. Противник ввел в бой до полка пехоты и батареи скорострельных пушек. Атаки следовали одна за другой. Село, подожженное термитными снарядами, пылало. Ценой больших потерь фашисты заняли северную и восточную опушки Спащанского леса. Поступили тревожные вести от Кульбаки: оккупанты пробивались к лесу «Довжик». Шалыгипский и Глуховский отряды вели там тяжелые оборонительные бои.
Кольцо снова замкнулось. Оставался единственный выход: немедленно уйти из-под удара, перегруппироваться и тем самым спутать планы врага. В шесть часов вечера приняли решение о выводе ночью штаба, санчасти и обозов Путивльского, Кролевецкого и Конотопского отрядов из Спащанского леса через болота и горящие Литвиновичи на правый берег Клевени, в лес «Марица».
Успех выполнения этого плана зависит от того, как долго продержатся партизаны в Литвиновичах. Ведь нам предстояло построить временный мост через реку Клевень и по нему переправить обозы с ранеными, боеприпасами и продовольствием.
Утомленные боем и форсированным переходом, партизаны впотьмах рубили лес, на себе перетаскивали бревна и жерди к берегу. Наконец мост был готов. Но вот беда: лошади вязли в болоте, подводы приходилось перетаскивать на себе.
