На поясе будущего покойника больше ничего, в карманах всякая ерунда — сигареты, зажигалка, расчёска. В кобуре самый обычный 'Макаров' с дарственной позолоченной гравировкой. Слишком приметный пистолет, придётся оставить. Допрашивать этого типа мне недосуг, да и опасно. Вдруг кто случайно услышит. На блокпосте человек двадцать с хреном. Большая часть сейчас дрыхнет, но ведь есть и бодрствующая дежурная смена. Лучше обойтись без лишнего риска. Потому захватываем голову… резкий поворот, и отчётливый хруст шейных позвонков. Сразу же запахло свежим дерьмецом. А меня наконец-то покинула тревога. Злость тоже ушла, можно облегчённо выдохнуть. Вот и ожидаемая надпись появилась перед глазами:
'Поздравляем, сталкер, ты получаешь достижение 'Хладнокровный убийца'. Ты убил человека, находящегося в бессознательном состоянии, при этом испытав лишь едва заметное удовлетворение от хорошо сделанной работы. По понятиям Зоны ты достоин серьёзного порицания, однако тебя фактически вынудили совершить это убийство, потому ищи награду где-то поблизости'.
'Ну, за наградой далеко ходить не надо', - я вложил приметный 'Макаров' обратно в кобуру новоиспечённого покойничка и перевёл взгляд на приоткрытый сейф. На верхней полке лежало десять запечатанных банковских пачек с советскими стольниками, какая-то толстая папка на завязках с бумагами, которую я тоже вытащил на стол, собираясь позже изучить содержимое, заинтересовавшись штампом 'Секретно'. Внизу лежал пластиковый кейс для артефактов на двадцать штук и ещё одна небольшая коробка.
'Получено уникальное боевое оружие, изменённое и доработанное с помощью аномалий и артефактов гениальным вольным оружейником Серёгой Левшой в качестве подарка для кого-то из высших армейских чинов. Пистолет ГШ-18 российского производства под боеприпас 9Х19. В комплекте тактическая полузакрытая кобура, три магазина на 18 патронов, а также средства по уходу за оружием. Прилипает к телу владельца как магнит к листу железа, возможно ношение без использования кобуры. Полностью компенсируется отдача при стрельбе и обеспечивается эффективное поражение хорошо защищённых целей на дистанции до ста метров. Допускается применение патронов типа 'ЗС' (Зона Специальные). Класс 'Легенда Зоны'. Личное оружие, убираемое в инвентарь. Забыть, украсть, потерять, передать кому-либо другому невозможно, при гибели сохраняется в инвентаре. Находясь в инвентаре, не имеет веса и не занимает свободных ячеек'.
Что ни говори, а подарок шикарный. Пистолет порой гораздо удобнее длинноствольного оружия, особенно в густом лесу или стычках накоротке. Сразу же раскрыл коробку и нацепил оружие на поясной ремень, благо магазины оказались заряжены патронами в пластиковых гильзах. Теми самыми 'ЗС'.
Убрав остальное в инвентарь, продолжил осмотр добычи. На полу сейфа обнаружился уже имевшийся в моём распоряжении большой патронный ящик, который я тоже извлёк наружу. Больше ничего интересного, валявшийся на стуле сильно потёртый автомат АКС-74У меня совсем не заинтересовал — самая обычная рядовая железка. Разве только явно из неё во мне не так давно сквозную дырку проделали.
Порыскав в спальне, вытряхнул из-под кровати кучку использованных презервативов и хороший туристический рюкзак, куда и сложил добычу из сейфа. Вроде бы это всё тот же рюкзак, который я некогда нашел на АТП, и от которого меня благополучно избавили при известных обстоятельствах под мостом. Но тот был грязным, а этот словно только что из химчистки. Возможно, и вправду постирали в машинке, бросив позже под кровать. А может и просто похожий — какая мне теперь разница.
Больше меня здесь ничего не держало, потому с лёгкой совестью и нелёгкой ношей за спиной покинул сначала домик, а затем тихо выбрался с блокпоста по старым следам, вскоре добравшись до бункера ждавшего моего возвращения Сидоровича. Он верил в мою удачу, хотя наверняка подготовился к любым последствиям. Юрка Коготь тоже ждал меня, и, судя по его лицу, успел хорошенько накрутить себя лишними переживаниями.
— Как прошло? — Спросил меня Сидорович, дав пройти и скинуть тяжелую ношу с плеч.
— Тихо, — устало выдохнул в ответ, усаживаясь на стул и вытягивая ноги. — Майор Василенко мёртв и больше не сможет отравлять нам жизнь, — вот теперь совсем уже отпустило.
— Следы? — Сидорович строго взглянул на меня.
— Есть шанс, что всё спишут на его шуры-муры с бандитами, — невозмутимо ответил ему. — У них имелись определённые тёрки и вряд ли можно назвать их отношения совсем уж безоблачными. И да, судя по тому, что мне довелось подслушать — это именно он под тебя копал. Либо ты на него работаешь, либо выметаешься отсюда, — хотел, было, воспроизвести высказывание майора дословно, но после передумал.
Зачем зря портить настроение хорошему человеку? К тому же всё уже закончилось.
