Испуг в глазах слуги быстро сменился восторгом. И луч солнца, казалось, проник с улицы в дом – такой светлый и тёплый, жёлтый. Как дорогой, шитый золотом пояс, который так и не отобрали. Не отобрали! А это хороший, добрый знак.
– Я сделаю для вас всё, господин!
– Не сомневаюсь. – Баурджин спрятал усмешку. – Но ты не совсем верно меня понял, Чен. Ты будешь работать вовсе не на меня… а на себя и на своё будущее, которое с сегодняшнего вечера у тебя – самое благоприятное, можешь мне в этом поверить. Что, болит рука-то? Ну, извини, надо же нам было хоть как-то подстраховаться. Совестно было уж этак сразу предлагать деньги, не по обычаям.
– Ничего, – улыбнулся Чен. – Я же слуга, со мной можно было бы и попросту, без церемоний. Сунули бы сразу деньги, а то устроили тут театральное представление… Да-да, театр… Театр… Театр.
– Ты что, уже заговариваешься?
– О, нет, господин. Я вспомнил, где совсем недавно видел того старика. В театре! Их труппа даёт представления на паперти Храма Неба!
Мы словно две блуждающие ряски,
То разойдёмся мы, то вновь сойдёмся.
Разноцветные фонарики – цветная бумага и вставленные внутрь светильники или свечки, – казалось, были повсюду. Они висели под крышами дворцов и храмов, яркими цепочками сияли на оградах харчевен и постоялых дворов, гнездились сине-зелёно-красными кучками на воротах частных домов. Везде слышался смех, радостные крики и песни. Время от времени кто-то колотил в бубны, в разных концах города гремели петарды, от звуков которых Баурджин поначалу вздрагивал – слишком уж напоминало канонаду. Улицы и площади Восточной столицы заполонили бродячие артисты – акробаты, танцоры, фокусники. Собирая толпы людей, они давали представления прямо под открытым небом. Вкусно пахло только что выпеченным хлебом, жареной рыбой, рисом и специями. Уже третью ночь никто не спал – праздновали начало весны.
Не спали и в доме господина Бао Чжи. Хотя, конечно, почти все слуги находились на своём рабочем месте – в харчевне «Бронзовая улитка», украшенной яркими цветными фонариками.
Игдорж отправился навестить верных людей, а Баурджин остался дома, в который раз уже выслушивая рассказы Чена.
– Ну, теперь о старике. – Князь хлебнул вина и пододвинул второй бокал парню – пусть пьёт, праздник всё-таки.
– Спасибо, господин. – Чен осушил бокал и несмело улыбнулся. – О старике? Так я же уже рассказывал… и не раз.
– Всё равно – повтори, – усмехнулся нойон. – И постарайся вспомнить какие-нибудь – даже самые незначительные – подробности. Ты говорил, старик уже сидел за столиком в «Синей рыбке», когда и ты уселся туда же. Случайно.
– Да, так.
– А почему так? Почему ты выбрал именно этот стол? Что, других свободных не было?
– Да были… – Чен наморщил лоб. – Немного, правда, но были. Но я всегда садился за этот стол, там удобней, уютнее как-то. И видно, кто пришёл, и плющ вьётся вокруг…
– Угу, – глубокомысленно кивнул Баурджин. – Значит, никакая это не случайность – старик давно следил за тобой и хорошо изучил твои привычки. Ты говоришь, что начал разговор первым?
– Ну да, не сидеть же молча – невежливо. Поговорили, поговорили, и потом он предложил мне отыскать кое-что в вашем доме. Да я рассказывал уже.
– Рассказывал, – согласился князь. – Только почему-то не всё. А мы ведь договорились, нет?
– О, господин…
– Давай весь разговор в подробностях, быстро! Чен прикрыл глаза, вспоминая… Вот он входит в «Синюю рыбку». Нет, не потому, что голоден, отнюдь. Просто иногда хотелось почувствовать себя не бесправным слугой, а вполне респектабельным молодым господином, может быть, даже каким-нибудь закончившим трудовой день шэньши, зашедшим в харчевню пропустить стаканчик-другой. Чену нравилось, как сразу же, едва он входил, подбегали, подобострастно кланяясь, слуги, спрашивали, что господину угодно. Господину было угодно не так уж и много – креветки в бамбуковом соусе, пара-тройка стаканов вина да вежливое отношение.
За его столом – любимое место – уже сидел какой-то старик, вполне благообразный, с длинной седой бородой, узкой и тщательно расчёсанной, с вислыми усами, в обычной чёрной шапочке и богатом халате. Респектабельный такой господин… как и сам Чен… Ну, а дальше как всегда. Могу я к вам присесть? Да, пожалуйста! Не нарушу ли ваш покой? Нет, нет, что вы. Наоборот, рад буду побеседовать за едой с таким приятнейшим господином, как вы. Вы что заказали? Креветки? Неплохой выбор, здесь их хорошо готовят… Ага! Так старик и сказал – «здесь их хорошо готовят», значит, уже не первый раз заходил в «Синюю рыбку». А потом разговор как-то незаметно перешёл на разные города…
– Стоп! – прервал слугу князь. – Как это так – незаметно? А ну-ка вспоминай со всеми подробностями. Кто вообще начал о городах говорить, о каких именно?
Чен послушно кивнул.
