Хрос помог мне сесть, и отошел посмотреть, что у моей эммерши осталось целого после столкновения с Франом. Не пойму, что они не поделили?
— И, все-таки нам нужно поговорить. Это важно.
Фран ласково улыбнулся, заставив мое сердце забиться чаще.
— Мы обязательно поговорим, шини, но чуть позже.
— Куда ты? — окликнула я его, когда глирт взялся за ручку двери.
Мне очень не хотелось, чтобы он уходил.
— Пойду, сообщу князю и остальным, что ты поправилась, — слабая улыбка коснулась его губ.
— А что это вообще было?
— Смертельный сон. Кто-то проклял тебя, шини, еще до возвращения на Землю… и этот кто-то очень могущественен.
— Но проклятье же разрушено? — отвлекся Хрос от манипуляций над эльвафкой.
— К сожалению, мне пока не удалось его снять. Кровь дракона, которую использовали для проклятья, была очень древней. Чтобы разрушить его мне понадобится чистая сила источника, ни меньше.
В глазах Франа я заметила блеск решительности, словно он долго решался и, наконец, решился. Внутри меня что-то поднялось и заинтересованно уставилось на мужчину, оценивая его как какой-то товар на базаре. Оно было смутным, не оформившимся, но в нем уже проглядывались черты крылатого ящера. Драконница принюхалась, ловя новые для себя ароматы.
— Так кошмары не прекратятся? — ужаснулась я.
— Я что-нибудь придумаю, шини, — поспешил успокоить меня глирт. — Пока я рядом, кошмары тебя не побеспокоят.
Я задумалась, а ведь, правда, кошмары начались, когда я вернулась на Землю, и единственный, кто мог избавить меня от них — Фран. Назревал вопрос, который я сразу же и озвучила:
— Фран, ты шахнир?
— Да, Нина. Я шахнир, — Франчиас пробуравил Лиси тяжелым взглядом. — И об этом тебе тоже придется молчать, эммери.
Глирт снова посмотрел на меня.
— Отдыхай, Нина. Набирайся сил.
И ушел, тихо прикрыв за собой дверь. Драконница разочарованно вздохнула и ушла вглубь.
— Нина, ты это, — сдавленно пролепетала эммерша, — ты… КТО?
Я почесала когтем висок и смущенно промямлила:
— Пока не знаю, но предполагаю, что дракон.
— Драконница, — поправил Хром, — единственная в своем роде — стальная.
Лиси пришлось не только лечить, но и отпаивать успокаивающими настоями. Бедная девочка совсем не ожидала от благородного и честного собрата такой коварной подставы в виде человеко-драконистой подопечной. Она несколько раз порывалась уйти, но ее все время кто-то останавливал: то ворвавшийся в комнату князь, едва не припечатал ее дверью; то тихий Лимлим, уж не помню, как его на самом деле, вдруг решил заглянуть и убедиться, что многоуважаемая наследница очнулась; то знакомые стражи пришли справиться о моем здоровье, и долго сокрушились, что их не было в Стомгоре, когда я вернулась. Пирожков принесли — чему я очень обрадовалась. Но последней точкой стало появление Индира. Мой дракон-хранитель, а ныне просто маленький грязно-желтый дракоша с большим животом и недоразвитыми крыльями, как и я, оклемавшись после кошмарного сна, срочно возжелал меня видеть, и, доковыляв до двери, не удосужившись постучать, просто прожег в ней дыру, и пошатывающейся походкой пройдя сквозь нее, пискляво вопросил:
— Нина, да сколько можно, я тебя спрашиваю?!!!
— О, Индирчик, — не сильно удивилась я, и сразу же попыталась задобрить взвинченного дракошу, уже зная его слабость к вкусняшкам. — Пирожок хочешь?
Индир покосился на предложенное мной угощение, и сбавил обороты.
— Это было ужасно.
— Ты тоже видел кошмар?
— Да, — сердито буркнул он, и продолжил пискляво ворчать. — Не акцентируя внимание на том, что это был первый виденный мной сон — это был сущий кошмар. Эти болота, эти твари, а потом еще и темница…
— Но я тебя не видела.
— Я так и не смог за вами угнаться, — развел лапами дракоша, — эти зубастые твари приняли меня за своего и оттеснили на край болот.
— Странно, — нахмурилась я брови. — Ты, вроде, на них совсем не похож.
— Уж, не знаю, о чем думали, если вообще думали, эти существа, но они упорно не хотели пускать меня к тебе.
— Ладно, забудь. Лучше скушай пирожок.
Хранитель протопал к постели и протянул лапки за пирожком. Я выделила ему самый большой — с ирарским[2] вареньем. Дракоша понюхал его со всех сторон, сел прямо на пол и с аппетитом вгрызся в румяный бочок.
— Это что? — почему-то шепотом спросила Лиси, рассматривая дракошу с таким особым выражением женского лица, когда на глаза представительнице слабого пола попадается что-то очень-очень миленькое, даже скажу больше — няшное.
— Познакомься — это Индир. Я создала его из того, что под руку попалось, так что можно сказать — он мое творение. Он очень милый, хотя и ворчун.
Эльвафка подошла ближе и присев на корточки ласково ему улыбнулась.
— Привет.
Судя по сияющему взгляду и совершенно идиотской улыбке, у Лиси была дикая страсть ко всему няшному, которую она упорно прятала в глубинах свое эммерской души. К той же мысли пришел и Хрос. Переглянувшись, мы заговорщически подмигнули друг другу.
— Лиси, ты не могла бы позаботиться о Индире? — закинула я удочку.
— Я? — ее глаза уже сказали «да», но Лиси не была бы профессиональным эммером, если бы сразу согласилась, — Я не… не могу.
