— На самом деле, Нин, мы не свободны. Мы — боги низшего уровня, связаны с Орни'йльвиром определенным договором, и вынуждены выполнять свои обязательства, несмотря на собственные предпочтения. Я бог оборотней, меня призывают, когда приходит время взросления. Не ко всем, конечно, я прихожу во плоти, но к старшим семьям приходится. С парнями просто — силой померились, на охоту вместе сходили, и разошлись довольные друг другом. С девушками не так все просто. Да, ты и сама знаешь. Не все реагируют адекватно. Чаще как увидят, сразу на шею бросаются. У них гормоны играют, а мне что прикажите делать, я же не каменный?!
— Смени облик, — предложила я.
Бог грустно усмехнулся.
— Нин, для оборотней внешность не самое главное. Вспомни, о чем ты думала, когда подсматривала за купающимися мужчинами.
— Я тебе об этом не рассказывала! — смутилась я.
— А мне и не нужно рассказывать. Я прочитал это в твоей памяти.
Я обиженно надула губы. Вот зараза. Я тут перед ним распинаюсь, а он вон как.
— Не сердись. Я не специально.
— Знаешь, мог бы и предупредить.
— Зачем? У памяти эмоций нет, они все в твоем сердце. А если бы ты мне вслух не рассказывала, я бы и не понял, что же тебя волнует. Ну, не сердись. Ничего дурного я в этом не вижу. Зрелище было, выпивка была — повеселились, — Макс на мгновение напрягся, — Только Шази совсем пить нельзя. Голову ей от спиртного сносит.
— Она любит тебя.
— И я ее. Но после Земли мы только и делаем, что ссоримся, — Макс обреченно махнул рукой, — А тут еще ее мама масла в огонь подливает.
— Детей вам надо завести, — вдруг брякнула я, и засомневалась, к месту ли.
— Я бы с радостью, — обрадовался Макс, — я люблю детей.
— А Шази знает?
— Нет… вроде.
— Думаю, вам стоит об этом поговорить. И как можно скорее. Если я правильно поняла позицию Эрмиадиды, она сделает все чтобы развести вас по разным углам. А сейчас Шазура очень ранима. Ей кажется, что ты потерял к ней всякий интерес.
— Ничего подобного! — возмутился Максенс.
— Я тебя, как женщина говорю, — отмахнулась я, — вы ссоритесь из-за того, что Шази чувствует себя брошенной.
— Я не…
— Помолчи, пожалуйста. Вот скажи, что она должна чувствовать, когда ты в начале занялся моей судьбой, перекроив ее так, как тебе это было удобно… не делай такие глаза, я не глупая девочка, выводы делать умею… потом переключился на личную жизнь моей драконьей сущности, а теперь еще и в прошлое зачем-то ушел, ни сказав, ни слова. Просто взял и ушел. Ну, как тебе такой расклад? Будь ты моим мужем — я бы подала на развод.
— Но Нина, я не… Я что-то не понимаю. Ты так говоришь, словно я сам виноват, что Шазура начала сердиться на меня.
— Именно, Макс. Пойми, Шазура безумно ревнует тебя ко мне. Но не как к очередной любовнице. На них она плюет с высокой колокольни. Знала за кого замуж выходила. Тут дело в другом. Она видит, что ты увлечен мной… Как бы это выразиться… как очередным проектом. И ты уделяешь ему больше внимания, чем ей. И это ее ранит.
— Я… — замялся белокурый бог, — как-то не задумывался, как все это выглядит со стороны.
— Фуф, все вы мужики одинаковы, — фыркнула я.
— Ну, раз ты у нас такая умная, — скривился Макс, — Что прикажешь мне теперь делать?
— Вернемся в настоящее. Поговорим с Шазурой. Попробуем найти компромисс. Возможно, вам стоит начать какой-нибудь совместный проект. Ребенок тоже был бы кстати. Появление внука или внучки отвлекло бы внимание Эрмиадиды. Как тебе такой вариант? Вы с Шазурой довольны и счастливы… И мы с Франом тоже.
Взгляд Максенса стал каким-то обескураженно-недоуменным, словно он совсем не ожидал от меня развернутого ответа.
— Начинаю понимать, почему близняшки так тобой заинтересовались. Но возвращаться нам еще рано.
— Почему?
— Вот мы и подошли к важному для тебя вопросу. Франчиас. Я здесь из-за него.
— Та-ак…
— Спокойно, — отшатнулся Максенс, так как я шустро преодолев разделяющее нас расстояние, схватила за отвороты серебристо-белого жилета и резко потянула на себя, — Не нервничай. Не собираюсь я его убивать. И мысли такой не было.
— Но-о-о?…
— Звездочка моя, ты же прекрасно знаешь, что Фран полукровка.
— И-и?
— И одна из его ипостасей была заблокирована еще в детстве.
— Ну, да, — раздраженно закатила глаза, — Он сам мне об этом рассказывал. Он даже не помнит ее. Вроде как забыл, а вспомнить не удается.
— Да, — кивнул Макс, — А теперь я говорю тебе, что заблокированная ипостась — это дракон. Черный дракон. О-очень редкий вид. Можно сказать вымирающий. В настоящем остался только один представитель чистой крови этого клана. Самка.
— Ик, — вырвалось у меня и села я на пятую точку.
Неожиданно справа кто-то громко расхохотался, заставив нервно вздрогнуть, и, обливаясь холодным потом, повернуть голову. Вейранар? Вампир сидел на корточках у моего импровизированного ложа и ржал как заправская лошадь, хотя правильнее сказать — конь.
— Давно подслушиваешь? — усмехнулся Макс, словно это обстоятельство совсем его не удивило. Хотя о чем это я — он же бог!
— Да уж наслушался, — оскалился вампир.
— А почему ты не спишь? — пискнула я.
