У пассажира — были большие причины к тому, чтобы предпринимать некие меры безопасности для защиты собственной жизни. Он не жил в своем доме, не пользовался одними и теми же машинами, никогда не говорил, когда и где он появится, каким маршрутом поедет, не стремился к какой-либо публичности. Черная шляпа и плащ делали его похожим на карикатурного шпиона. Ему было чего бояться — он знал, что кое-какие структуры на Востоке приговорили его к смерти, а СССР — послал по его следу палестинцев-ликвидаторов. Однако — он был готов сражаться за дело, которое считал правильным — даже если государство отказалось от него.
Человек в черной шляпе был легендой в суетном и совсем не героическом мире разведки. Одним из немногих рыцарей в этом подлом мире. Полковник, граф Александр де Маранш, потомственный аристократ и по выражению начальника контрразведки ЦРУ Джеймса Джизаса Энглтона — человек, в высшей степени заслуживающий доверия. Старожилы ЦРУ — не могли припомнить, чтобы Энглтон сказал так о ком либо еще. Возможно, дело было в том, что граф де Маранш был дворянином и потому испытывал ненависть к любым коммунистам. Дела Робеспьера не были забыты — и если граф не мог отомстить за своих предков французам, он мстил русским, которые выходили на демонстрации под своим ублюдочным красным флагом и пели ублюдочную «Марсельезу».
Полковник де Маранш возглавлял французскую разведку на протяжении более чем десяти лет, до этого он сражался в Свободной Франции, лично знал Де Голля. За это время — французская разведка зарекомендовала себя как европейский МОССАД, разведка, использующая самые грязные и кровавые методы в достижении своих целей. Убийства, похищения, террористические нападения. Во время, когда граф де Маранш возглавлял французскую разведку — рушилась колониальная система Франции, алжирские партизаны вели войну за независимость Алжира, последнего европейского бастиона на африканском континенте. Когда Алжиру была предоставлена независимость — сотни военных Иностранного Легиона и десятки тысяч пье-нуа, черноногих, потомков колонистов — поклялись убить де Голля, предавшего их. В стране — шла вялотекущая гражданская война — и государство победило только потому, что использовало еще более грязные и страшные методы, чем его противники. Испытывая недостаток преданных военных — спецслужбы Франции поставили на службу государству боевиков корсиканской мафии. Страдая от терроризма — государство создало тайные тюрьмы, где пытали и убивали тех, кто ранее служил ему. Потом — когда все это закончилось — де Маранша просто выкинули. Демократия — нельзя было просто так убивать. Но он не прекратил работать — просто он теперь работал несколько на другие силы, не менее эффективные чем государство.
Портье не счел возможным задавать молчаливому джентльмену в шляпе какие-либо вопросы. Гостиничный детектив — остался сидеть на своем месте. И только на втором этаже — его остановили. Несколько неприметных, но тренированных и явно вооруженных людей — перекрыли коридор, защищая своего хозяина от опасности, откуда бы она не пришла.
Де Маранш снял шляпу. У него было волевое лицо, короткие, седые офицерские усы и хищные, соколиные глаза.
— Барон будет рад меня видеть… — сказал он условленную фразу.
— Третья дверь — молодой человек отступил в сторону.
Граф прошел по коридору. Толкнул третью дверь от лестницы и вошел.
Это был самый обычный номер. Не люкс, не королевский — хотя в Георге Пятом плохих номеров не бывает. Номер был убран, только на столе стояли несколько бутылок и большое блюдо с закуской: маленькие канапе с каспийской черной икрой. За столом — сидел старик, который совсем недавно пережил банкротство своего банка, 187-го по активам в Европе и даже судился из-за нежелания государства оказать ему помощь. Еще — у него было хобби — виноделие, его вино входило в число лучших пяти вин Франции, с виноделием у этого человека дела обстояли куда лучше, чем с банковским делом. И еще — этот человек, вероятно, был самым богатым человеком на земле.
Это был барон Натаниэль Ротшильд.
Увидев вошедшего — барон показал на декантер, полный рубинового цвета вином…
— Вы как раз вовремя, мой дорогой друг…
Граф де Маранш занял место за столом. Взял канапе и отправил в рот — он не ел с утра и сильно проголодался.
— Отбиваете вкус — сказал барон — между прочим, это семьдесят шестой год. Очень удачный. Еще несколько минут и можно дегустировать…
— Один из лидеров марксистов Энгельс — сказал граф, подкрепляясь русской икрой, открыл, что труд делает из обезьяны человека. Если это так, то я на пути превращения. С утра я побывал в семи местах, и у меня во рту не было ни крошки…
Граф де Маранш относился к числу тех людей, которые «нигде не работают, но чем-то заняты». Он уже десять лет был простым гражданином Франции. Однако — до сих он имел немалый политический вес и связи на трех континентах. Именно граф де Маранш — сыграл одну из определяющих ролей в деле развертывания активной переброски иностранных наемников в Пакистан и далее в Афганистан.
