Они и так ради захвата Перми оставили минимальное количество войск практически на всем протяжении Западного фронта. Небольшим исключением являлась только Уфа, в которую периодически подбрасывали пару свежих, вновь сформированных полков для сдерживания наступления красных.
Резервы, которые могли бы использоваться в данном случае, состояли из вновь сформированных или формируемых в Челябинске и Омске частей. Если предпринимать меры сейчас, то есть возможность сосредоточить на направлении главного удара еще пятнадцать – двадцать тысяч человек, но это будет практически все, что они могли собрать. Было о чем подумать.
– Александр Васильевич, мы можем перебросить подкрепления из Челябинска и Омска. Это составляет пятнадцать – двадцать тысяч штыков, однако в этом случае мы останемся практически без резервов. В том случае, если большевики нанесут нам контрудар, например, со стороны Бугульмы и возьмут Уфу, мы окажемся в опасном положении.
В этом случае красные получат возможность нанести удар на Оренбург по линии Уфа – Стерлитамак. Атаман Семенов и так отказывается подчиняться нашим указаниям, а в этом случае мы можем лишиться и войск атамана Дутова, который сейчас прикрывает правый фланг фронта. Я считаю, что подобная переброска сил слишком опасна для нас, но мы сможем перебросить указанные силы в течение недели – двух.
Колчак обратился к начальнику разведки:
– Павел Федорович, каково ваше мнение по этому вопросу? Вы согласны с Дмитрием Антоновичем?
– В принципе я с ним согласен. Однако необходимо учесть тот момент, что даже в случае занятия большевиками Уфы дальнейшее их продвижение маловероятно. Это доказывают как последние события под Уфой, так и развитие всей осенне-зимней военной кампании. В настоящий момент генерал Войцеховский в центре и полковник Каппель на флангах прекрасно справляются с задачей сдерживания большевиков, хотя и медленно отступают. Даже заняв Уфу, большевики не будут иметь реальной возможности нанесения удара на Оренбург. Для этого у них нет сил. Все силы, которые они могли бы использовать на это, сейчас идут в Пермь и на юг России, в район Донбасса, где для большевиков складывается достаточно сложная обстановка. Кроме того, захватив Уфу, они создадут хотя и эфемерную, но угрозу для войск атамана Семенова, что сделает того намного сговорчивее. Мы еще ни разу не наблюдали у большевиков хоть какого-то умения правильного стратегического и оперативного использования войск. Они всегда бьют только массой, что прекрасно иллюстрируют действия того же Каппеля, который уже в течение месяца отбивается от превосходящих сил противника. Отбивается, надо признать, успешно. Оставив Уфу, мы отведем защищающие город части в предгорья Урала, где они смогут наладить достаточно прочную оборону, для чего уже предпринимаются меры. Также при общем недостатке у большевиков зимнего обмундирования, в случае наступления и попыток прорвать оборону частей генерала Войцеховского, они просто поморозят своих солдат, что только увеличит их потери.
С другой стороны, если бы у красных была бы в резерве ударная группировка, например, в районе Бугульмы, то неужели бы они не воспользовались бы этими войсками для скорейшего занятия Уфы и развития успеха? В этом случае они могли бы одновременно с занятием Уфы нанести параллельный удар по Оренбургу, что дало бы им спрямление линии фронта. По всем агентурным данным, большевики сейчас пытаются перебросить в Пермь подкрепления, достаточные для удержания города. И даже выдвинули лозунг: «Все на защиту Перми!», что только подтверждает мои слова. Пермь – ключ ко всей зимней кампании, и я поддерживаю вас, Александр Васильевич, в вашем стремлении быстрее захватить город. Иначе его невзятие и возможная потеря Уфы самым негативным образом отразятся на военной и политической обстановке как на всем протяжении нашего фронта, так и в тылу. Этого необходимо избежать во что бы то ни стало. Считаю необходимым всевозможное усиление нашей активности на направлении главного удара для скорейшего занятия Перми. У меня все, Александр Васильевич.
Все время, пока Рябиков говорил, генерал-майор Лебедев раздумывал над словами Верховного правителя. Он обхватил голову руками и в задумчивости потирал пальцами лоб и виски. С этой стороны Начальник Генерального штаба проблему не рассматривал.
