На ней было изодранное окровавленное черно-белое платье служанки, из-под которого выглядывал черный, аккуратный хвостик. Девушка едва слышно шипела, обнажая острые клыки, и изо всех сил старалась стоять ровно. Но рана на боку давала о себе знать.
За спиной эхсне сжалась от страха та, из-за которой Хэвард и оказался здесь. Ева ан Нолесс смотрела на даэрца своими серебряными глазами. В них читался ужас и непонятная надежда.
Если вид девушек не сильно расстроил Хэварда, то такого же нельзя было сказать о еще трех мужчинах, находящихся в зале. Один из них носил зелено-желтую броню «Хищников» и был хорошо знаком Стальному. Хэвард никогда бы не подумал, что Кабан может пойти против Орика. Или глава наемников знает о происходящем?
– Эй, дружок, – прервал размышления даэрца Гран. Брат Орика весело улыбался, направив свой бластер точно между зеленых глаз эхсне. – Это Винс сейчас так красиво зашел?
– А ты как думаешь? – невозмутимо отозвался Хэвард.
– Судя по тому, что нас здесь вместо пятерых осталось трое, – он покосился на два мертвых тела, лежащих рядом, – гаденыш так же ловок, как раньше. Я в него попал?
– Ты за это заплатишь, – даэрец с грустью посмотрел в растянувшегося у входа Райзера.
Раскинув руки, Винс лежал лицом вниз, в собственной крови, а его слетевшая с головы шляпа откатилась в сторону.
– Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы угрожать нам? – Третий из спутников Грана нервно облизал губы. – Это ты ответишь здесь за смерть Карлоса!
– Он разорвет тебя на части, Энрико, – снисходительно прокряхтел Гран, продолжая улыбаться. Старик хотел сказать еще что-то, но Хэвард перебил его:
– Фарен сам открыл тебе дверь, да? – голос даэрца звучал холодно.
– Этот сопляк? Он подумал, что меня прислал Орик.
– Ты убил своего родича.
– Когда на кону десять миллионов, я готов убить кого угодно! Не путай меня с братцем, для которого честь – это все. Все что у него осталось! Он до сих пор верит всем своим «братьям» и наверняка не имеет понятия о прослушке, что я установил в его кабинете. Но сейчас не об этом.
Эхсне дернулась, и Гран сурово пригрозил девушке бластером.
– Стой смирно, моя хорошая, – он вновь повернулся к Хэварду. – Знаешь, я даже не хочу убивать тебя, но сам понимаешь…
– Я вызываю тебя, – медленно положив винтовку на пол и сняв шлем, Стальной пристально посмотрел в насмешливые глаза старшего брата Орика. – За убийство родича и за предательство братства.
– Хм… – Гран задумался и нахмурил высокий лоб. – Пожалуй, нет, жаль, но нет. – Он продолжал улыбаться. – Скоро сюда нагрянет патруль, а я хотел бы свалить пораньше, со своим призом. – Наемник подмигнул выглянувшей из-за спины эхсне Еве.
– У тебя нет чести. – Хэвард презрительно сплюнул в сторону Грана.
– Зато у меня скоро будет десять миллионов. – Осклабился седой даэрец.
– Ты – ничтожество и позор нашей расы. – Стальной не боялся смерти, даже глядя на обращенные к нему винтовки. Но он жалел о том, что не может свернуть шею тому, кто предал братство и свои кровные узы.
– Сможешь повторить это еще раз? – насмешливые глаза Грана злобно сверкнули.
– Ты ничтожество, – спокойно повторил Хэвард. Он отметил, как бледные губы пристально наблюдавшей за происходящим эхсне тронула легкая улыбка. – И позор нашей расы.
– Гран… – Энрико нервно покосился на даэрца. – Ты чего…
– Заткнись! – брызнув слюной, старик нехорошо посмотрел на него. – Здесь все решаю я! – Он вновь повернулся к Хэварду. – Хочешь драки, ублюдок?! – Убрав бластер в кобуру, наемник сделал шаг в направлении Хэварда.
Когда оружие перестало угрожать эхсне, та обернулась и крепко прижала к себе испуганную Еву. Рана девушки оказалась довольно серьезной, и она с каждой секундной продолжала терять кровь.
– Я обещал Орику расквитаться за смерть его сына. – Не обращая внимания на винтовки Кабана и Энрико, Хэвард вышел навстречу Грану, переступив через свое оружие.
– Ха! – улыбнулся седой даэрец. Он снял ремень с кобурой и отдал его Кабану. – Я, пожалуй, убью тебя быстро, – над левой, сжатой в кулак рукой появилось отточенное лезвие. – А твою голову заберу в качестве трофея.
– Мы так не договаривались, – начал было Энрико, но опять наткнулся на рассерженный взгляд даэрца.
– Один на один, – правой рукой Гран обнажил длинный нож, висящий у него на бедре. – Я вскрою тебя так же, как и ту стерву вместе с ее ненаглядным муженьком, столь любезно рассказавшую мне об этом замечательном месте!
Ева вздрогнула и расплакалась, закрыв лицо руками.
– Но… – Энрико опять попробовал противиться решению даэрца, но Кабан подошел к нему и рывком поднял ствол его винтовки к потолку.
Зря.
Неожиданно рванувшийся Винс перекатился на спину и одновременно выстрелил с двух рук.
– Живучий гаденыш! – восхищенно произнес Гран, глядя, как два его союзника падают на пол: лицо Энрико превратилось в дымящуюся сквозную рану, а Кабану повезло не больше – он выронил винтовку и безнадежно пытался зажать простреленное горло.
– Разговор был о поединке один на один, – проворчал Винс, с трудом поднимаясь на ноги.
