Новости со всех фронтов, а также из тыла были чрезвычайно плохими. В Румынии три полка взбунтовались и отказались занять свой участок фронта. 20 августа немцы захватили Ригу. Ответственный за её защиту ген. Д.П. Парский и правительственный комиссар фронта превозносили храбрость своих войск, но из других источников выяснилась иная картина, и в результате они оба, Парский и его комиссар, были отданы под суд. Почти одновременно с известием о захвате Риги поступили и сведения о катастрофическом положении на другом конце страны: в Казани взорвался большой оружейный склад, и взрывом было уничтожено огромное количество военного снаряжения, в том числе 12000 пулеметов. Причиной взрыва был, вероятно, саботаж. Реакцией стало объявление "Всероссийского слёта офицеров" в Москве, который был проведён 3 сентября в Большом Театре. Речь Корнилова вышла далеко за пределы простого вопроса восстановления дисциплины в армии. Он сослался на данные, которые показывали упадок производства оружия и боеприпасов во всей стране, и огласил длинный список офицеров, предательски убитых своими солдатами. Страна теперь узнала, может быть впервые, как широко распространилось на фронте братание и как безрассудно были оставлены русские позиции на фронте. Слёт принял решение о введении "Чрезвычайных мер" и "Санации Армии и Флота", было принято решение о применении децимации в частях проявивших трусость и ослушавшихся приказов. Ещё 15 августа Главковерх подписал приказ N 600 о формировании четырёх Георгиевских запасных полков (из Георгиевских кавалеров , по одному на каждый фронт) - в Пскове, Минске, Киеве и Одессе. В каждом таком полку по штату должно было быть 22 офицера и 1066 рядовых. Полки требовалось свести в одну бригаду, командование которой подчинялось бы лично Главковерху, и они должны были представлять собой "крепкий последний надёжный резерв, употребляемый в бой лишь в исключительном случае крайней опасности". Сейчас эти полки объявлялись главной ударной силой Армии, была поддержена инициатива экипажей крейсера "Адмирал Макаров" и канонерки "Храбрый" о создании бригады "Кораблей смерти".
Уже 7 сентября ударные батальоны были введены в Кронштадскую крепость, из тюрьмы были выпущены морские офицеры и под дулами пулемётов ненадежные войска были отправлены на фронт. 10 сентября "ударники" добрались до Гельсингфорса, начались аресты виновных в мартовской "Офицерской бойне". Вся полнота власти была передана адмиралу Непенину, который чудом выжил во время этих трагических событий. Все четыре дредноута были объявлены "Кораблями смерти" и их экипажи поставили личные подписи под следующим текстом: -"..мы считаем, что только решительными активными действиями на всех фронтах можно достигнуть тех великих целей, к которым стремится СВОБОДНЫЙ РУССКИЙ НАРОД, только решительным наступлением в тесном единении с нашими доблестными союзниками можно ускорить момент окончания войны... Эти наши взгляды мы объявили уже раньше, а ныне подтверждая их, просим считать наш линкор КОРАБЛЁМ СМЕРТИ, готовым во всякую минуту исполнить свой долг перед Родиной и с честью умереть за неё".
А теперь хотелось бы представить слово талантливейшему коллеге Андрей с сайта Альтернативной Истории с его рассказом "Ну очччень альтернативный Моозунд!". Кстати, если кто не читал произведение этого автора "Глаголь над Балтикой", то очень рекомендую.
Празднества по случаю присвоения Непенину Андриану Ивановичу звания контр-адмирала и назначение его командующим Балтийским флотом (6 августа 1916 года) быстро сменила серость тяжелых будней. Революционные настроение балтийских "братишек" были сильны как никогда - но Андриан Иванович неожиданно показал себя с самой лучшей стороны. За недолгое свое командование он умудрился не только весьма улучшить боевую подготовку вверенных ему сил, но и несколько снизить накал ненависти матросов к флотским офицерам, а заодно и стать весьма популярным в экипажах. И гроза нашей реальности - задуманная большевиками бойня офицеров в Гельсингфорсе, едва не произошедшая в начале марта 1917 года, закончилась "только лишь" убийством начальника Кронштадского порта адмиралом Вирена и дюжины наиболее одиозных балтийских морских офицеров. (в РИ было убито не менее 120 чел плюс сам Непенин). При этом Андриану Ивановичу удалось практически невозможное - многотысячный матросский митинг подтвердил его полномочия командующего Балтфлотом. В результате чего в перипетиях февральской революции Балтийский флот умудрился в какой-то мере сохраниться как реальная боевая сила.
Но уже летом 1917 года контр-адмирал ощутил, насколько быстро и сильно слабеют позиции временного правительства и как усиливаются позиции большевиков. Сложно предположить, что Непенин всерьез сочувствовал идеям большевизма - но он каким-то шестым чувством уловил, кто окажется на коне в самое ближайшее время и...совершил чрезвычайно необычный шаг.
Андриан Иванович предложил большевикам свою службу.
(В рассматриваемой реальности, такой шаг не является необходимым. Власть и так закреплена за адмиралом).