– Ты делаешь меня счастливой, даже не зная об этом.
Она прижалась головой к моей.
– Я не могу дать тебе мать. Не могу дать брата. Не могу выполнить обещание.
– Можешь, папа. Позволь, я тебе покажу.
Она оставила меня. Одного. В темноте.
– Элли! Не уходи!
– Я здесь, папа.
Элли стояла в темноте, с широкой улыбкой и черными глазами без белков. Она подняла руки и стянула рукава белого платья. Оно упало на пол. Я хотел отвернуться, но не мог не сравнить ее с Селеной. Грудь у нее была намного меньше, фигура – стройнее. Я закрыл глаза, пока меня не успели охватить порочные мысли.
Дочь оседлала меня.
– Элли, что ты делаешь?
– Ты же мне разрешишь, папа? Разрешишь наделить тебя силой, о которой ты даже мечтать не мог?
– К-как?
– Взамен ты тоже должен кое-что мне дать.
Она схватила мой член и поглаживала его, пока он не стал твердым как камень.
– Нет, Элли, это же самый страшный грех. Остановись!
Она прикусила мне ухо и прошептала:
– Позволь ей войти в тебя, как ты входишь в нее.
Дочь засунула свой язык мне в рот. Ее слюна с запахом лилий смешалась с моей. Элли начала скакать на мне и сделала все остальное, и мой член погрузился в тепло и влагу.
Тело Вайи превратилось в пепел, как и его маска. Но маска Великого мага Агнеи лежала в ее крови на земле. От Агнеи остались только кости и кожа – все волосы выгорели. Морщины покрывали ее лицо, как будто ей было уже сотни лет. Отверстие, которое моя пуля проделала под ее правым глазом, сочилось кровью.
И все это воняло горелыми сухожилиями. Ветер вздымал пыль в холмы выше моего роста, сгоревшие цветы и трава осыпались пеплом. Как будто столкновение двух магов привело к гибели армий.
Я подобрал маску и заковылял в лагерь. И кости, и мышцы на груди и спине ныли от ударов о землю. Лишь теперь я понял, что Вайя мертв. Сожжен дотла человек, которому я доверял и которым восхищался, и это невосполнимая потеря для нас. Более того, он был моим другом, а их у меня теперь не так уж много.
Я остановился, услышав шепот. Слова на парамейском эхом отдавались в ушах… Я не знал этого языка, но звучал он как священное заклинание. И все же смысл шепота доходил до моего разума.
– Ты хочешь власти над нами? – звучало в моем правом ухе.
– Ты хочешь вечной жизни? – звучало в левом.
Обеими руками я сжимал маску. Она звала. Мне хотелось ее надеть. Десять лет назад, держа маску убитого мною мага, я не испытывал такого желания.
Но эта маска захватила все мои чувства. Понюхав ее, я почувствовал запах дерева. Ее блеск и лоск завораживали, а гладкая поверхность соблазняла каждый палец. Я даже чувствовал вкус сладкой амбры, когда глотал. В мыслях маска плыла во тьме.
Я прикрыл глаза. Михей Железный в черно-красных доспехах стоял на морской стене. Его длинный меч был направлен на меня – такой острый, что я не видел грани. Но, когда он сделал выпад, его лицо вспыхнуло. Он взвыл, и рухнул к моим ногам, и загорелся так жарко, что от него остались только обгорелые кости.
– Ты хочешь власти над жизнью и смертью? – звенели в моих ушах голоса.
– Папа.
Голос Мелоди заглушил звон. На ней было яркожелтое платье, совсем как кусочек солнца. Я провел руками по ее темным волосам и уткнулся носом в ее голову.
– Тебе нужна сила, чтобы спасти меня? – прошептала Мелоди.
И вдруг рассыпалась желтыми светлячками. Они гудели вокруг меня, но потом вдруг покраснели и превратились в кого-то другого: старик вязал тюрбан, сгорбившись над огнем. Я знал его, когда он был молодым. Теперь его сияющая кожа стала шершавой и дряблой, и все же, без сомнения, это был Вайя.
– Ты хочешь стать мной? – спросил он.
Я вышел на заросшее травой поле, держа в руках маску. Я не сомневался, что делать. Я поднял маску над головой и натянул на лицо.
Она осталась там. Я поморгал, огляделся, но ничего не изменилось. Я тронул лицо и ощутил только мягкую кожу. Я щупал нос, уши, щеки. Маска исчезла. Я поискал ее на земле, покопался в траве и грязи. Ее не было.
Я возвратился в лагерь. Сади сидела на земле; она держала на коленях голову лежавшей лошади с окровавленными повязками на ушах и поглаживала ее. Бедное животное.
– Вайя убит, – сказал я, падая на колени. – Я не сумел его спасти.
Она повернулась и удивленно посмотрела на меня.
– А ты кто?..
Вокруг нас начали собираться забадары с клинками и копьями, как будто я угрожал их хатун. Они приблизились, я попятился. Метнулся в сторону озера. Едва не споткнулся в воде, но устоял и взглянул вниз, на свое отражение.
Я изумленно смотрел на лицо и тело, которых не видел двадцать лет. Жир на животе сменился мышцами. Мое лицо было гладко выбрито и без единого изъяна, кожа не обвисала. Я стал молодым.
Ко мне приблизилась удивленная Сади. Чем дольше она смотрела, тем более растерянной становилась.
– Кева?
Сади зажгла огонь в очаге и протянула мне кружку кумыса. Накинула на меня одеяло. Сквозь полог юрты задувал ветер. Она закрыла полог плотнее и опустилась на колени.
Я рассказал ей все.
– Известно, что маги черпают силу в маске, – сказала она. – И ты надел ее?
– Я не хотел. – Я понюхал кумыс. Кислятина, почти едкий. – Но…
– Но?
