Он бросился в вестибюль здания, и по лестнице на второй этаж, он дернул за ручку дверь, бесполезно — закрыта, и уже изнемогая, побежал по лестнице выше, на третий. На площадке две двери и обе, распахнуты, он забежал в левую и тут же уперся в другую дверь, та была закрыта, выругавшись, он вернулся на площадку и забежал во вторую дверь, за ней длинный коридор, торопливые шаги были уже совсем рядом. Он пробежал по коридору, а затем открыл боковую дверь и закрыл ее за собой, понимая: дальше бежать он уже не сможет. В коридоре прозвучал голос:
— Где же он мог спрятаться!
— Придется проверить все помещения — отозвался второй. Егоров с трудом прогонял воздух через легкие, боясь, что его хриплое дыхание могут услышать. Достал мобильник и выключил его: мог позвонить Степан и звонок выдаст его.
Пленного сектанта окружили шахтеры. Он стоял спиной к дереву, рядом за кустами поляна и что на ней происходило, было слышно довольно хорошо.
Взгляд Картавого давил, сектант бледнел и потел.
— Что-то ты такой бледный, брат? — спросил он.
— Да в молитвах все время, свежего воздуха не видим.
Бегающие, мутные глазки, спецефический запах изо рта и мятое лицо, подсказывало, какому богу он, не видя свежего воздуха, молится.
— Золото нашли? — спросил водитель.
— Нашли, — подтвердил пленный.
— Его унесли?
— Пока нет, после обеда унесут.
Сектанты на поляне громко звали пропавшего:
— Фарт, Фарт …
— Ребята — это же Фартовый! — засмеялся рудокоп пристально вглядываясь в лицо пленного.
— Точно он. — Подтвердили удивленные голоса.
— Фартовый из нашего поселка, — объяснил Картавому водитель. — Генку соседа, гад подбил подломать магазинчик в поселке. Тот уже давно отсидел. Мать его рассказывала: приезжал тайком, вернуться хочет, но говорит стыдно, а этому хоть в глаза….
— Не дай Бог, сектанты пойдут на поиски. — Подумал Картавый. — Найдут тут же.
Водитель привлек его внимание к суете на поляне:
— Что они делают.
— Сено таскают.
— Зачем?
— Что тут непонятного, жечь будут вашу шахту.
— Да там же двое внизу.
— Я думаю, подожгут не сразу. Вначале они уйдут, оставят одного, двух и те подожгут.
Каратели оставили троих. Те стояли и смотрели, как уходят остальные.
— Вон у бородатого наш рюкзак с золотом, у кого второй не вижу, — с сожалением заметил водитель. — Сколько трудов! А они раз и разбогатели.
— Подождем когда они уйдут подальше, что бы не было слышно криков. И потом возьмем тех, которые остались. — Предложил Картавый, привязывая пленного к дереву. Тот заметно дрожал.
Они немного подождали, а затем водитель заметил:
— Нам ведь придется их догонять. Не отдавать же им наше золото?
— Придется поторопиться. — Согласился Картавый. — Давайте разберем сектантов, их трое, на каждого приходится по четыре наших брата.
Они наметили жертвы и стали подкрадываться. Сектанты потеряли бдительность. Один достал бутылку, двое тут же протянули стаканы, булькнула жидкость. Шахтеры приблизились и бросились на любителей выпить. Картавый взял у сектанта бутылку и понюхал содержимое — самогон. Сектант дрожащей рукой протянул ему стакан.
— Да я прямо из ствола. — Отмахнулся Картавый и неосторожно сделал большой глоток. И чуть не задохнулся, из глаз выступили слезы — самогон был очень крепкий.
— Что ж вы пьете прямо на службе, — укорил он сектантов, утирая слезу.
— Да как … — понять, что где-то нельзя пить, они не могли.
У них оказалось два ружья.
— Пригодятся. — Обрадовался Картавый. Огневая мощь отряда сильно возросла.
Сарай изнутри казался больше, дизель-генератор, шахтный подъемник с электроприводом, оборудование, много тачек. Водитель нагнулся над проемом шахты и закричал:
— Поднимайтесь, они ушли.
Из глубины что-то кричали в ответ.
— Быстрее, не догоним ведь, — стонал водитель.
Он еще кричал в бездну шахты, пока двое рабочих, наконец, решились выбраться на поверхность.
Пленных привязали к деревьям, рядом с Фартовым, тот им обрадовался:
— Все веселее! — Но те его радость не разделили.
Водитель успокоил их:
— Скоро вернемся, развяжем.
Они быстро двинулись в погоню.
— Их двенадцать, у них четыре ружья. — Начал было считать врагов водитель
.-А нас четырнадцать и у нас шесть ружей. Явный перевес. И неожиданность, а это многого стоит, — заметил Картавый..
— Вот только бы догнать…
