– Да. Как вы себя чувствуете? – Он легко, едва заметно гладил ее в подкрылье, и от каждого движения пальцев Алина подрагивала и тело слабело – так невозможно приятно это было. Будто пухом по коже. И мысли разбегались.
– Голова кружится, – пробормотала принцесса расслабленно. – Я сначала думала, что началось землетрясение. Потом услышала рев и увидела… его. Не смогла удержаться на высоте после одного из ударов, соскользнула к корням, сжалась там. И все. И больше ничего не помню. Только в ушах звенит. – Алина коснулась своего уха и с удивлением ощупала слипшиеся от крови влажные волосы. – Что случилось?
– Попали под удар плети, – объяснил Тротт, глядя на нее сверху вниз, и тоже осторожно коснулся ее волос. – Я вас подлечил. Но вам нужно нормально смыть кровь, идите к озеру…
– Нет, постойте со мной, – попросила она шепотом и посмотрела ему в глаза. Отпускать не хотелось до нервной дрожи. – Еще немного.
Макс застыл, не отводя взгляд, – и так они стояли и смотрели друг на друга. Алина, кусая губы, подняла руку и провела пальцами под его веком, по переносице, скуле – там, где остались кровавые брызги. Тротт не мигал и, казалось, не дышал – и принцесса так же, не дыша, опустила руку на его плечо, на грудь – всю в красных потеках.
– Вы ранены?
Он молча покачал головой, все так же глядя на нее, – а она все поглаживала его легонько, с горькой нежностью, и кончики пальцев ее рисовали на его груди кровавый, запутанный, непонятный рисунок.
– Когда-нибудь это все кончится? – проговорила Алина устало. – Мне жалко вас, лорд Макс. Сколько же можно?
Тротт снова обнял ее, снова прижал к себе.
– Скоро, – пообещал он глухо ей в макушку. – Вы вернетесь к родным. Война обязательно закончится. Мы победим. Пройдет год, два, и все, что случилось здесь, забудется. И вы будете жить как прежде.
– А вы? – прошептала она тяжело. – Вас я не забуду, лорд Макс.
В звенящую тишину, окружившую их, ворвался веселый свист, складывающийся в какую-то мелодию, и они даже с некоторым удивлением посмотрели на Чета, сидящего к ним спиной и потрошащего уже вторую птицу. Алина обо всем на свете успела забыть за время этих грустных объятий, и о драконе тоже. А сейчас моргнула, смутилась.
Тротт не ответил – отпустил ее, отошел сам. В глазах у нее расплывалось – то ли от вылеченной контузии, то ли от невыплаканных слез.
– Вам нужно умыться, Алина, – сказал он тихо.
Она улыбнулась – от бессилия – и направилась к озеру.
Пока Алина пила удивительно теплую воду и умывалась, дракон разжег костер. Тротт, что-то сказав ему, исчез в лесу, а Четери расположился спиной к озеру шагах в десяти от кромки воды, продолжая насвистывать и ворошить угли. Он быстро порубил тушки на куски, и по берегу потек запах жареного мяса. Принцесса настороженно взирала на дымок, вьющийся над углями, но после сухого пайка последних дней рот мгновенно заполнился слюной. Поглядывала она и на Четери с жадным любопытством – ей хотелось срочно расспросить, как сейчас на Туре, как вообще удалось отыскать их с Троттом, не передавала ли что-то Ани и не знает ли он чего-то про остальных сестер.
– А еще хотелось бы узнать, где мы и что дальше, – пробормотала она себе под нос.
– Мы все тебе расскажем, – жизнерадостно откликнулся очень хорошо слышащий дракон. Алина смущенно улыбнулась его спине и, сняв обувь, шагнула в воду, с тоской глядя на нее. Дно здесь оказалось каменистым, немного шершавым, ила почти не было.
Больше, чем поесть и все разузнать, Алине хотелось вымыться, и она со вздохами вспоминала оставленные на месте ночевки сумки. В расколотом папоротнике осталась и смена одежды, и куртки, и сухари, и прочие нужные вещи. У нее теперь было только то, что она унесла на себе, – нож и одежда. Очень пропыленная одежда с пятнами крови на груди и плечах, которую безумно хотелось снять, постирать, – но Алинка нерешительно мялась на месте и косилась то на дракона, то на воду.
Лорда Макса она привыкла не стесняться, но теперь здесь был Четери.
В конце концов Алина зашла в воду по колено – дальше не решилась, вдруг там кто-то живет опасный? – закатала рукава и принялась, как могла, протирать тело влажными ладонями.
Через несколько минут появился Тротт, сжимающий в кулаке пучок тонких стеблей с клубеньками на корнях. Подошел к озеру – ополоснуть их – и недоуменно оглядел Алинку, угрюмо трущую себе шею над воротом.
– Не замечал, что вы сторонница полумер, – проговорил он с иронией. – Здесь безопасно, так что не теряйте время, вымойтесь, пока есть возможность, потому что мы не будем задерживаться. Немного передохнем, поедим – и снова в путь. Я сейчас брошу запекаться клубни – и тоже в воду.
Принцесса с отчаянием посмотрела на него, затем – на дракона.
– Но тут же Четери, – страшным шепотом ответила она.
Макс, прежде чем склониться с клубнями к воде, поднял брови.
– Думаете, я нанесу удар по его застенчивости?
Когда он начинал шутить, у нее на душе становилось легче. Принцесса фыркнула, возмущенно шлепнув ногой так, чтобы брызги долетели до Тротта. Инляндец неверяще выпрямился, и она засмеялась его ошеломленному виду.
