– …Нам удалось добраться до долины, но оказалось, что у Источника недостаточно сил, чтобы вернуть принцессу обратно на Туру, – говорил лорд Макс, а Алина какими-то отрывками, кадрами вспоминала их долгий поход вдоль залива, и поселение дар-тени, и погибших спутников, и кошмар в твердыне, и перелет через горы, и казалось ей, что все это произошло не с ней или очень, очень давно.
Так давно, что память не хочет удерживать случившееся.
– И что Жрецу нужно возвращаться, потому что в его отсутствие слабеют и другие стихии. Но из-за запрета Красного он не мог пройти через портал самостоятельно…
– Воин, видать, раньше еще горячее был, чем сейчас, – вставил Четери понимающе.
– … а вот в сердце моем пройти сможет, – закончил инляндец.
– Разрушая его, – добавил дракон.
– Разрушая, – согласился Тротт спокойно. – Жрец и перенес нас так близко к порталам, как мог…
Алина, слушая и рассеянно разглаживая мокрую штанину, внезапно разглядела свои руки. Покрасневшие, сухие, темные от загара, с поджившими царапинами и мозолями на ладонях от ежедневных занятий с Троттом. С неровными ногтями, которые она научилась обрезать ножом, но и это не помогало избавиться от въевшейся грязи.
Чужие руки. Другие. И вдруг ударило осознание: она ведь теперь тоже совсем-совсем другая. Не та, что сидела на экзамене у Тротта, переживая из-за каких-то глупостей. Сейчас она злее, взрослее и острее.
Она уткнулась лбом в ствол и несколько раз тяжело, глубоко вздохнула, жалея себя – ту маленькую, наивную девочку, которой была так недавно, всего каких-то три месяца назад, – и так давно. Жалея и прощаясь с ней.
– Теперь твой черед, Мастер, – услышала она слова Тротта и, с усилием оторвавшись от папоротника, поспешила к костру.
– Мой. – Дракон кивнул Алинке: мол, быстрее, а то все пропустишь.
Когда она подошла, лорд Макс скользнул по ней взглядом, задержавшись у подола мокрой сорочки, протянул скрученный лист с кусками птицы и клубнями – и только в этот момент Алина поняла, насколько она голодна. В желудке засосало, заныло, и принцесса, опустившись на землю почти вплотную к Тротту, принялась поспешно есть. Мясо было горячим, по пальцам бежали обжигающие капли сока, но она вгрызалась в куски, захлебываясь от голода и удовольствия, жевала клубни, испачканные золой, и казалось ей, что она никогда не наестся, никогда.
– Всегда любил, когда у женщины хороший аппетит, – с удовольствием сказал Четери, уже расправившийся со своей порцией. Принцесса смущенно фыркнула – отрываться от птичьей косточки, которую она догрызала, и отвечать не было сил, и дракон не стал ее больше дразнить. Алина проглотила кусок и все-таки невнятно спросила:
– Нас не увидят из-за костра?
– Нет, – ответил вместо дракона Тротт и подал ей еще один скрученный лист с парой горстей ягод внутри. Алина сунула в рот сразу несколько, улыбнулась ему. Сладкие. – Это старый вулкан, один из трех пиков за равниной. Здесь ниже и выше парящие источники. Дым не разглядят.
– Ничего себе нас забросило, – пробормотала принцесса.
Тротт не ответил. Он сидел почти плечом к плечу с ней, повернув голову, держал лист с ягодами и смотрел, как она достает по одной, как ест, как облизывает пальцы. Алине хотелось улыбаться все сильнее, и опять казалось, что она парит над землей.
– Восемь дней назад ко мне в Тафию пришли твой друг Александр, – сказал Четери Максу, – и твой друг Матвей, – дракон перевел взгляд на Алину. – Они и попросили меня отправиться за вами.
Принцесса перестала жевать, с удивлением покосилась на Тротта. Тот недоуменно качнул головой, одними губами проговорил: «Слушай». И она ссыпала себе в рот последние ягоды и стала слушать.
– Матвей как потомок Лаураса, верного воина Седрика Рудлога, связан с тобой кровной привязкой, и привязка эта помогает ему видеть происходящее здесь твоими глазами, – продолжал дракон, глядя на вновь замершую принцессу. – Во снах. Он и рассказал мне, что мой ученик несет в себе бога, а вам придется пробиваться к порталу, окруженному армией, и попросил помочь расчистить вам путь, когда вы пойдете на прорыв…
– П-постойте, – тихо выдавила из себя Алина. Щеки ее горели, и ужасно хотелось посмотреть на Тротта, но в то же время она почти панически боялась увидеть его взгляд и понимание того, чего она так стеснялась. – Что значит «Матвей видит твоими глазами»? Ему снится все, что вижу я?
– Все или не все, не знаю, – проговорил Четери, – но достаточно, чтобы понять, что с тобой происходит. Это бесценный дар, маленькая Рудлог. Матвей записывает свои сны, и сестры твои знают, что с тобой происходит, что ты жива. Благодаря ему вам смогут оказать военную помощь. Друг Макса Александр готовится пробиться к порталу и расчистить нам здесь путь, когда мы пойдем к нему. И благодаря вашей привязке Матвей смог попросить о помощи меня, а я уж понял, что пригожусь…
– А здесь ты как нас нашел? – поинтересовался Тротт.
– Мастер всегда знает, где его ученик, – со смешком ответил Четери. – Мастер Фери говорил, что наша связь так крепка, что он, даже если я умру, сможет приказать мне прийти. И я могу обратиться к нему сейчас.
