– Всякий сколько-нибудь уважаемый жрец сегодня здесь, – сказал мне принц. Мы вошли на площадь, следуя за группой барабанщиков, не слишком искусных в своем ремесле. Они тоже выполняли роль моих телохранителей. Рама со мной не было. Барабанщики очистили пространство у стены.
– Я хотела, чтобы все так и происходило, – сказала я принцу. Я надеялась, что впечатляюще выгляжу в своем костюме. Сидя верхом на черном жеребце, я глядела на Прабриндраха Драха сверху вниз. Хотя его гнедой отнюдь не был каким-то там коньком. Жрецы, заметив принца, стали перешептываться. Когда шепчутся восемьсот человек, шума от них, как от стаи саранчи.
Мы встали за строем барабанщиков перед самой стеной.
Получится ли?
Когда-то, давным-давно, мой муж провел этот маневр очень удачно.
– Духовные владыки Таглиоса. – Наступила тишина. Это заклинание у меня получилось славно. Голос звучал отлично. – Спасибо, что пришли сюда. Близится время серьезных испытаний. Трудно переоценить опасность, которую представляют собой Хозяева Теней. Те вести, что мы получаем из их страны, правдивы лишь отчасти. А у этого города, у вашего народа – одна надежда: объединиться перед лицом врага в одну силу. Если мы будем разрознены, поражение неизбежно.
Они слушали меня. Произведенный эффект удовлетворил меня.
– В раздробленности – поражение. Может, у кого-то из вас сложилось мнение, что я не очень подхожу для роли защитника Таглиоса. Властолюбие и раздоры подтачивают вас. Ситуация обострилась, и это отвлекает народ от его великой задачи. Я решила устранить причину вашей разъединенности. Сегодня вечером Таглиос обретет единство.
Пока они ждали моего отречения, я надела шлем. И зажгла ведьмины огоньки.
Тут они заподозрили неладное. Кто-то вскрикнул:
– Кина!
Я вытащила меч.
Запели стрелы, пущенные лучниками.
Пока я говорила, люди, отобранные Нарайяном, установили баррикады на узких улочках, ведущих к площади. И когда я обнажила меч, воины, занявшие позиции в домах вокруг площади, натянули луки. Жрецы закричали. И попытались бежать. Но баррикады оказались слишком высоки. Тогда они повернули ко мне. И моей силы хватило, чтобы держать их в отдалении, за стеной барабанов. А стрелы тем временем находили цели.
Люди метались из стороны в сторону. Падали на землю. Молили о пощаде.
Стрелы разили, пока я не опустила свой меч.
Я спешилась. Прабриндрах Драх стоял с опущенной головой. В лице его не было ни единой кровинки. Он пытался что-то сказать, но не мог.
– Я вас предупреждала.
Ко мне подошел Нарайян с товарищами.
– Вы послали за фургонами? Нужно отвезти тела в неосвященную братскую могилу.
Он кивнул. Как и принц, он не мог говорить.
– Ничего, Нарайян, – сказала я. – Мне приходилось совершать и кое-что похуже. Я готова и не на такое. Теперь проверь всех. Выясни, не пропал ли кто-нибудь из высокопоставленных особ. Надо отдать приказ лучникам освободить занятые ими дома.
Прабриндрах не сдвинулся с места. Он сидел, уставившись на площадь.
Меня нашел Рам.
– Госпожа, – выдохнул он. Всю дорогу от казарм он бежал.
– Что вы здесь делаете?
– Из Гойи – посыльный. От Ножа. Он скакал целые сутки. Вам нужно поскорее отправляться туда. – Усеянная трупами площадь не произвела на него никакого впечатления. Он бы с большим вниманием смотрел на женщин, судачащих у колодца, нежели на дружков Нарайяна, добивающих раненых.
Я пошла следом за ним. Поговорила с посыльным. В какой-то момент я обозлилась на Ножа. Затем мне пришла в голову мысль, что не все так плохо: в его новостях были свои положительные стороны.
Действия Ножа могли послужить предлогом. Я выведу свои войска до того, как новость о случившемся сегодня вечером распространится среди населения.
Прабриндрах сидел вот уже час, уставившись взглядом в стену своей опочивальни. Он не реагировал на расспросы сестры. Та была потрясена.
Наконец он взглянул на нее.
– Она справилась с этим?
– А ты надеялся, что нет? Говорила я тебе – не ходи туда.
– Она не отреклась от поста. Нет. Она не отреклась. – Он визгливо хохотнул. – У нее и в мыслях этого не было. – Его передернуло.
– Что произошло?
– Она решила все проблемы с жрецами. Не то чтобы навсегда, но потребуется немало времени, прежде чем… – Голос его стал тише. – Я так же виноват, как и она.
– Да что, черт побери, произошло? Расскажи мне.
– Она уничтожила их. Всех до одного. Заманила их туда, заставив поверить в то, что у них будет возможность осрамить ее. А ее лучники их всех поубивали. Тысячу жрецов. И я там был. И видел, как она потом резала глотки.
Радиша решила было, что это отвратительная шутка.
– Не может быть.
– Она достигла своей цели. Копченый был прав.
Радиша нервно расхаживала, лишь вполуха прислушиваясь к его самобичеванию. Случившееся не имело прецедента, это было зверством, не поддающимся никакому человеческому пониманию. Подобного в истории Таглиоса еще не было.
И не могло быть.
