Меня колотила нервная дрожь, но я впервые была готова выслушать ее до конца и наконец узнать все то, что отказывалась слышать. Я вытерла лицо, сделала глубокий вдох и снова вернулась к экрану. Палец, как будто сам по себе, прокрутил следующую страницу. И там было то, к чему я не была готова.
Он закатил сцену прямо у всех на глазах. Это случилось на танцах в честь дня семьи. Я помню, как волновалась, ведь мы давно не выбиралась никуда вместе. Он настоял, чтобы я надела платье поярче и покороче, накрасилась. Я уже отвыкла от таких, но подумала: “А может это наш шанс? Может, он снова хочет, чтобы все стало как раньше?” Я снова поверила. Хоть на секунду. Дура…
Все шло неплохо и мы даже снова нормально общались, он мне улыбался… А потом, в середине вечера, мы вышли на улицу, он заметил какого-то молодого офицера и махнул ему. Сказал мне, мол, старый друг. Попросил, чтобы я с ним потанцевала.
– Не отказывай, он обидится, – снова улыбнулся муж мне. За последние месяцы мне не доставолось столько внимания и улыбок мужа, как за этот вечер.
Я послушалась и спокойно вернулась в зал с этим парнем. Это был просто танец и я улыбалась из вежливости, мы едва перекинулись парой слов. Но через несколько минут мой муж влетел в зал – как в плохом спектакле – схватил меня за руку и с силой дернул в сторону у всех на глазах.
Он ударил того офицера кулаком, и я уверена, что тот даже не успел понять, за что.
– Шлюха! – крикнул мой муж так, что замолк оркестр.– Думаешь, я не вижу, как ты крутишь с ним за моей спиной?! – закричал он. – На глазах у всего гарнизона? Позоришь меня, офицера?!
– Что? Олег, пожалуйста… Успокойся… Я не понимаю…
– Ради тебя я отказался от всего! – кричал он. – Из-за тебя я на задворках! Я мог бы быть в штабе, в академии! Но я выбрал тебя и нашу семью, а ты предала меня и даже собственного ребенка. Я все годы видел, как ты крутила хвостом перед каждым встречным!
Я помню, как зал замер. Кто-то отвел глаза. Кто-то шептал. А я стояла в этом ярком платье, с помадой, которую он сам выбрал, и не могла понять, что происходит. Мне хотелось исчезнуть, раствориться, умереть. Мне казалось, что вся кожа с меня содрана – не только с тела, но и с души. Это не было похоже на сцену ревности. Это была казнь. Публичная.
Я даже не сразу поняла что именно произошло, мне казалось, что это какая-то глупая ошибка, ведь так не может быть на самом деле. Но оказалось, что все было продумано до деталей. А самое ужасное было в том, что он настолько накрутил и убедил себя в своей правоте, что действительно поверил, что все так и было на самом деле. Наша психика интересно устроена и способна оправдать любую подлость.
