Ю Гыми задумчиво нахмурилась:
– Я не медуза. Предпочитаю прожить жизнь и умереть.
Я удивленно спросил:
– Медузы живут вечно?
– Некоторые виды действительно обладают способностью к почти бесконечной регенерации.
Со Чжихёк тоже был поражен:
– Получается, кроме этой гренландской акулы, с которой все носятся, есть другие бессмертные существа?
– Но у медуз нет ни мозга, ни сердца, – добавила Ю Гыми.
Я невольно выдохнул. Вот это да… Как можно жить без таких важных вещей?
Со Чжихёк покачал головой:
– Похоже, за все приходится платить. Акула вон слепая, а медузы вообще без мозгов.
– А вы как думаете, Мухён? – спросила Ю Гыми.
– Жить вечно в одиночестве, без семьи? А если когда-
нибудь надоест? Я лучше проживу столько, сколько мне отмерено.
Похоже, что если члены Церкви Бесконечности захотят завербовать кого-то из нас, им придется предложить нам нечто большее, чем просто бессмертие. Возможно, деньги? Но сейчас безопасный выход на поверхность выглядел куда привлекательнее любых обещаний.
Мы почти дошли до конца глубоководного океанариума, где нас ждала Пэк Эён. Она жестом показала нам опуститься на пол. Мы с Со Чжихёком практически легли, а Син Хэрян и Ю Гыми просто пригнулись.
Пэк Эён осторожно выглянула из-за угла, вернулась и прошептала:
– Видимых целей – шестнадцать. Трое – у центрального лифта, пятеро – на площади, трое – у отсека со спасательными капсулами, двое – у кафе «Черная жемчужина», трое – у второго лифта. Если у первого и третьего лифтов тоже по три человека, то получается не меньше двадцати двух.
– Если предположить, что на Третьей и Первой подводных базах тоже по двадцать человек, то Тайлер не врал.
Около шестидесяти человек… Неужели нам придется прорываться через них, чтобы спастись? Нет, надо думать позитивно. Если на Третьей базе осталось двадцать человек, значит, впереди поджидает около сорока. Звучит оптимистично? Не то чтобы. Что сорок, что шестьдесят – в плане шансов это не меняет практически ничего.
Мои спутники выглядели далеко не оптимистично. Ю Гыми сильно побледнела. Кажется, никто из нас не питал иллюзий, что нам удастся захватить Вторую подводную базу, вступив в перестрелку минимум с двадцатью двумя вооруженными людьми. Со Чжихёк с раненой ногой и Ю Гыми, которая впервые держала в руках оружие, явно не были готовы к такому сценарию. Пэк Эён и Син Хэрян, пожалуй, были ближе всех к тому, чтобы воплотить этот план в реальность, но даже они не выглядели воодушевленными.
Когда я поделился своими киношными фантазиями, Пэк Эён улыбнулась, а Син Хэрян лишь покачал головой.
Со Чжихёк тихо хихикнул:
– В жизни все не как в кино. Будь на нашем месте Джеймс Бонд или Итан Хант, пули чудом обходили бы их стороной. Но в реальной жизни все решает количество. Один против десяти или десять против одного – разве это одно и то же?
– Могу отдать вам свой пистолет, а сам буду тихо сидеть и ждать, когда вы все уладите, – предложил Син Хэрян, устало потирая глаза.
Мы уже почти дошли до выхода из океанариума, который соединялся небольшим проходом с выставочным залом. Только пройдя через выставку, мы могли добраться до канатной дороги. Проблема заключалась в том, что, как только мы выйдем из дверей океанариума, нас хотя бы на несколько секунд засекут сектанты на центральной площади. Ю Гыми, взглянув на расстояние за дверью океанариума, заметила:
– Примерно… пять метров. Если побежим, то окажемся на виду где-то на четыре-пять секунд. Надеюсь, за это время нас не заметят.
– А если заметят? – спросил я.
Ю Гыми замялась, не зная, что ответить, а Со Чжихёк тяжело вздохнул.
– Поймают, конечно, – пробормотал он и снова вздохнул, словно решил израсходовать весь запас вздохов за сегодня.
Видимо, ему была ненавистна мысль о том, чтобы стать обузой, ведь он не мог быстро преодолеть это расстояние сам.
– Я тебя понесу.
– Огромное спасибо, командир, – ответил Со Чжихёк с оттенком сарказма, но и с благодарностью.
Ю Гыми задумчиво спросила, что ей делать с пистолетом. Пэк Эён без слов протянула руку, и Ю Гыми, не раздумывая, передала ей оружие. Но что нас ждет за этими пятью метрами? А если за дверями выставочного зала кто-то будет? Вдруг они вооружены и поджидают нас?
– А что, если в выставочном зале кто-то есть? – спросил я.
Пэк Эён спокойно, даже немного равнодушно посмотрела на меня и коротко ответила:
– Я разберусь.
Понятно. Похоже, Пэк Эён привыкла решать все максимально просто. Хотелось бы мне когда-нибудь поговорить с ней о ее жизненной философии. Возможно, с таким подходом все проблемы кажутся решаемыми.
Она пристально уставилась на дверь, и в воздухе повисло напряжение. Мы даже не знали, открыта ли эта дверь. А что, если она не поддастся, если ее закрыли на замок?
– Думаю, дверь будет открыта, – сказал Со Чжихёк.
– Откуда такая уверенность? – спросил я.
Остальные тоже уставились на него в ожидании ответа.
Со Чжихёк немного замялся, прежде чем ответить:
– Вчера я там был, и она была открыта.
