Проникновение в чужое сознание аналогично погружению в ледяную воду. Зажмурившись, феникс открыл глаза, обнаружив вокруг пустое пространство, сотканное из тёмного тумана.
«Скай, начинаем».
Ответа не последовало, но тьма вдруг резко сменилась ярким светом, преобразовывая обработанные воспоминания. Стремительно замелькали разноцветные изображения, а рядом появилась фантомная тень владелицы.
— Странные ощущения. — Заметила та потусторонним голосом. — Будто… смотрю фильм во сне.
— Согласен. Мне начинать? Предупреждаю: зрелище крайне неприятное.
— Не беспокойся, переживу.
Первый этап. Детство.
Доводы против его рассмотрения? Да хотя бы довольно высокая вероятность вызвать не понимание, а презрение вперемешку с отвращением и насмешкой. Но с другой стороны — он почему-то не сомневался, что девочка почувствует «родственную душу», прекрасно помня собственное взросление в приюте. Доверительные отношения строятся годами, но иногда достаточно просто рассказать нечто важное с точки зрения собеседника.
Вся эта затея — натуральное хождение по канату над пропастью, однако под данное определение в принципе подгонялась вся жизнь.
Бэйтман с ничего не выражающим лицом снова и снова становилась свидетельницей систематических побоев, издевательств и унижений друга, но со стороны было отчётливо видно, как девочка старалась сдерживать себя, чтобы не наброситься на призрачные тени.
— Как видишь, мне не повезло с самого рождения родиться в кошмарных условиях. Вопреки всему, я не рос озлобленным на жизнь человеком, потому как предпочёл замкнуться в себе и сосредоточиться на самообразовании. Стремясь найти в жизни хоть что-то хорошее, я однажды добился своего.
Феникс не испытывал никаких эмоций, включая естественный стыд.
Показ не подразумевал цель вызвать жалость, и они оба прекрасно это понимали.
Вот двенадцатилетний Макс знакомится с ровесницей, живущей в соседнем доме.
Искренняя детская влюблённость. Её родители обращались с ней куда лучше, если так можно назвать полное игнорирование…
Мечты улететь на Марс и вместе устроиться в исследовательский корпус переросли в конкретный план, который оборвал смертоносный вирус. «Белая смерть», появившаяся после первой колонии на Юпитере, впоследствии проникла на Землю и истребила восемь процентов ее населения.
— Вы хотели пожениться? — Андреа озадаченно поглядывала на влюблённую пару. Худой, болезненного вида брюнет в потрёпанной одежде и молодая красавица, по внешности превосходящая многих своих ровесниц. — Что она в тебе нашла?
— Думаю, часть себя. — Беспечно пожав плечами (насколько позволяло нынешнее состояние), ответил Вальтер. — Через неделю её заберут в правительственную карантинную зону, где она чуть позже и скончается.
Просмотр фрагментов памяти продолжался.
Известие о смерти единственного по-настоящему близкого человека совпало с желанием матери продать его на подпольном рынке рабов.
В порыве безумной ярости вкупе с отчаянием её жестокое убийство и становление трущобным беспризорником.
Отказ от проявления всех «светлых» чувств, в том числе и любви, по одной простой причине — нежелании испытать когда-нибудь схожую боль.
Убийства и последующие кражи с мародёрством, торговля наркотиками, — на протяжении двух лет он использовал любые возможные в его ситуации способы продлить собственное существование, сам при этом не до конца понимая, зачем именно.
— Надежда умирает последней? Редкостная чушь. Надежда умирает первой, а всё, что остаётся после неё — страх, ненависть и боль. У меня никогда не возникало мыслей о самоубийстве, но нередко я задумывался о банальной мести.
— Кому? Окружающим? — Вновь недоуменно поинтересовалась Бэйтман.
— Именно. К счастью, мне удалось удержаться «на плаву» и сохранить относительную рациональность.
К пятнадцати годам в Максе Фролове не осталось ничего человеческого, ведь образ жизни, который ему вынужденно пришлось вести, изничтожил его изнутри окончательно, превратив в бесчувственного преступника.
— Я убил куда больше людей, чем ты, но гордиться тут нечем. Меня просто поставили перед фактом сложившиеся обстоятельства. Хочешь жить — выживай, ценой жизни других. Здесь можно сколь угодно говорить о силе духа и возможности выбора, но будучи на моём месте, большинство философов-моралистов вмиг бы пересмотрели свои взгляды.
— Ничтожества, рассуждающие о том, о чём не имеют ни малейшего понятия. — Злобно выплюнула Андреа, заставив Майкла на мгновение победно ухмыльнуться.
Второй этап. Обретение.
Поимка «охотниками» в ходе очередного рейда обернулась участием в проекте учёных, разумеется, в качестве подопытного.
И тут ему впервые повезло, ибо он оказался единственным, кто не стал овощем после завершения подсоединения готового прототипа ИИ нового поколения.
— После доработки убивать меня посчитали расточительством, а потому мне было предложено обучение в престижной академии и жильё. Разумеется, я обязался периодически ходить на обследования. Кроме того, они внедрили в мой организм специальный имплант-каратель, дабы я не разглашал конфиденциальную информацию.
