Прямо у самого входа из пещеры в лунном свете Рия опиралась головой о стену. С некоторой периодичностью она пыталась пробить лбом камень, что не очень получалось.
— Что ты делаешь? — шепотом спросил полукровка.
— Рэй? — Рианнон посмотрела на напарника, потом в пол и снова на Рэя. — Тоже не можешь уснуть? Ненавижу это чувство, когда надо бы выспаться перед каким-либо событием, а в голове бардак; и вроде бы событие незначительное и не волнительное, а всё равно уснуть не получается.
Девушка вздохнула и вышла из пещеры, садясь на дороге и смотря в звёздное небо.
Мимо проплывали облака, пряча то некоторые звёзды, то часть луны, то её всю. Когда весь город в прошлом мире по ночам словно ночное небо — звёзд почти не видно. А здесь, когда ещё не придумали электричество, Рианнон впервые увидела его таким, каким его фотографировали и описывали в песнях.
— Это ведь только первый день, до деревни Миппео ещё четыре дня, — Эрайзд сел рядом, смотря на девушку беспокойным взглядом
— Я знаю. Не представляю, как дальше буду спать, если уже не могу.
— Почему ты не можешь уснуть?
Рианнон потёрла от прохлады руки и посмотрела вниз.
— Когда я придумывала этот план, со всеми вытекающими, с предполагаемыми последствиями и прочим, я даже не задумывалась, что планирую убить людей. Одно дело — убивать работорговца, другое — из мести тому, кто хотел убить тебя, но убивать даже детей и только, чтобы те не пожаловались куда… Я ведь тоже человек… Да Господи, я просто самая обычная лохушка, которая не нашла себе места в прошлой жизни! Это же должно меня напрягать? — слегка приподняв уголки губ блондинка посмотрела на напарника. — Но напрягает меня то, что не напрягает. Я понимаю, как должен себя чувствовать нормальный человек. Однако сама могу лишь сделать вид реакции нормального человека.
— Ты больше чем человек. Я мало что понимаю… Особенно из того, что ты говоришь. Ты много мне рассказала, научила всему, что сама умеешь, и больше. Но знать, уметь и понимать, похоже, разные вещи. Без тебя я бы умер у какого-нибудь рабовладельца. И мне было бы без разницы. А теперь я стал желать большего, чем просто жить или наконец умереть. Поэтому и ты желай большего. Это неплохо.
— Кажется, я стала желать слишком многого. Я завидую, Рэй. Завидую тем, кто родился не девочкой. Тем, кто родился не человеком. Тем, чей магический потенциал огромен изначально. Всё, что есть в тебе, я всё это хочу себе. Единственное, чего тебе не хватало — роскоши и статуса. Ты словно зеркало, но которое показывает не реальность, а то, чего я хочу.
— Я отдам всё тебе. Я всегда буду с тобой, словно я — это ты.
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, твоя жизнь куда длиннее моей. Тебе нет смысла тратить её на меня. Да даже мой век тебе не нужен. Тебе нет смысла слушаться меня и ходить за мной хвостиком. Ты волен и можешь хоть самолично уничтожить всех, кто как-то тебе не был угоден.
Рианнон посмотрела на Рэя.
— Знаешь, в чём главная беда человечества?
— М?
— Все всегда чего-то хотят. А если у соседа на одну корову больше, то ты хочешь больше чем у него на две. И так без конца. В этом суть человечества, и, поскольку живы желания, будет и вражда, и прогресс.
— Этот… обоюдоострый кинжал?
— Меч, да. Устойчивое выражение не из этого мира. Желания — это и хорошо и плохо; главная беда и суть всех разумных существ. Когда я впервые тебя увидела, твои глаза горели желанием меня убить.
— Это не так, я…
— Так, не надо врать, — хихикнула тихо блондинка, перебивая Рэя. — Ты явно очень хотел убить хоть кого-нибудь из рода людского. Это и твой магический потенциал были мне нужны, поэтому я выбрала тогда тебя.
— Тебе было нужно, чтобы я хотел тебя убить?
— Если коротко — да. Так и есть.
— Ты всегда говоришь странные вещи. И о том, чтобы я учился жить без тебя. Но у тебя почти всегда под рукой источник бессмертия — Келана.
— Я не хочу жить ни секунды дольше отведенного мне. Даже меньше. Когда я не найду себе цели — я буду ждать смерти. И очень хочу, чтобы ты меня убил тогда.
— Но почему?
— Я устала. Та я, которую ты знаешь, которую все знают — не настоящая. Очередное зеркало того, какой я хочу быть. Сильной, целеустремленной, умной. Но по ту сторону стекла я пуста, ленива и очень глупа. То, что ты видишь обычно — мои усилия быть другой. Но это так тяжело и даже больно по-своему. Ту меня ты видел иногда, в моменты минутной слабости. Страх, слёзы, истерики, — Рия слегка облокотилась о плечо полукровки. — Спасибо, Рэй.
— За что?
— За то, что был рядом и успокаивал. Всегда.
— Можешь почаще быть такой собой, если тебе будет легче.
— Хорошо. Но только когда мы вдвоём, — посидев так минуту, Рианнон уснула.
Полукровка взял лёгкую девушку на руки и понес укладывать. Им вставать через четыре часа. Нужно продолжить путь.
***
Около недели назад.
— Госпожа? — освещённая тусклой свечой с центра комнаты в дверном проёме появилась девушка с бирюзовыми волосами, напоминавшие медузу этими тонкими длинными косичками под каре.
Рианнон слегка потерла от усталости переносицу и проворчала:
