Выстроившись в два ряда, демоны немного вышли вперёд и приняли оборонительную стойку. Шалун незаметно исчез из поля зрения. Келана пока оставалась рядом с Эвриаллой и Хёдом, которые, устроившись на постаменте для лучшей акустики, запели свою песнь войны в ледяные подобия рупора, что создала Эвриалла.
Встань, брат мой,
Время принять бой.
Время отстоять свою свободу!
Льюванаг тоже решил придержать большую часть войск, но быстро пожалел — их уверенно отталкивали от стены; уже в первые минуты среди людей были пострадавшие. А демоны пока лишь медленно устают. Но воодушевление и песнь двух магов проклятий поддерживали их в боевом состоянии.
Ты был слаб и убог
Был унижен, болен
Как такое допустил Бог?
Как ты был не сломлен?
Поняв, что таким образом ничего не добиться, три тысячи людских войск нахлынули одним потоком, окружая демонов. Только со спины им было не обойти из-за возведённой заранее стены. Казалось, они сами загнали себя в ловушку, если бы неизбежно отступали. Но оставшаяся часть войск подключилась к сражению и умеренно отбивалась, практически без ранений.
Встань стеной,
О жалости не ной —
Нас они ни разу не жалели!
Хёд притих, а Эвриала, вдохнув поглубже, воодушевляюще протянула «А».
— Ваше Величество! — подбежал один из солдат к Льюванагу, отдав честь. — В нашем тылу свирепствует чёрное чудище!
— Что ещё за чудище?
— Чёрное, будто ночная тень, с острыми зубами и когтями из локтей и трёх хвостов.
— Ну так убейте его!
— Мы не можем. Он уже весь в стрелах и мечах, но не умирает.
Виссарион в углу палатки нахмурился и тихо вышел.
Шалун пробрался в тыл и, вспомнил. Вспомнил о войне, после которой он был проклят, о своей жене и дочке — обо всём, что вызывало страх и гнев. Так призвал свою тень. Сам притаился, одев форму Симбана, и изображал одного из убегающих от тени, благо Чёрная тень не задевает хозяина.
Когда сольное околооперное пение вадуона закончилось, слепой подхватил и продолжил песню:
Рука — крепка,
Душа закалена,
Усталость и тревоги позабыты.
У некоторых огненных магов начала заканчиваться мана и им пришлось отступить, оставались только огненные с мушкетами. Численность людской армии падала, но их всё равно оставалось гораздо больше демонов. А силы медленно, но верно, покидали их.
Аргента, девушка-гном обратилась в огромного драконида* с серебрянными пластинами на спине и у шеи и раскидывала людей в разные стороны.
***
— Это что такое? — спросила Рианнон у Эрайзда, держа за шкирку лису с чёрным мехом и серебрянными пластинами по телу.
— Лиса? Странная какая-то.
— Ай! — Рию укусили, и она разжала руку, потирая её, пока лиса удирала. — Даже не рыжая бестыжая. Ладно, где тут вход в гору? Я пока вижу только сплошную скалу и джунгли… Могу ведь я магией пробуриться к городу?
Рэй лишь пожал плечами.
***
— Здраствуйте, мне сказали, вы Феррум? Железный гном?
— Вы ошиблись, — хмуро ответил гном, который, на удивление, реально выглядел как гном, которых помнит Рианнон из прошлой жизни.
— Значит не ошиблась, меня предупредили, что у вас ужасный характер. Но, как оказалось, на этой горе вы один с железом на «ты».
— Деда, там странные чужаки… — девушка-гном с серебрянными пластинами вошла в комнату и не сразу заметила гостей. — Устроили в центре концерт, пошли посмотрим.
— Аргента, ты ведь знаешь, тебя не жалуют…
— Хм… — Рия посмотрела на девушку. — Лиса…
— Нет, это не я, о чём вы, — затараторила Аргента, явно нервничая. — Будто бы гном может стать лисой.
— О чём ты? Я хотела сказать, лиса бросила камень в воду. Это у людей «быстро распространяются сплетни».
***
Стоило людям начать теснить демонов, видя их усталость, Королева Демонов выкладывает очередной козырь.
— Келана, твой черед, — твёрдо произнесла Рианнон рядом стоящей вампирше.
Та с явной неохотой, одетая лишь в лёгкое белое платье, вышла перед авангардом. Удивленный смелостью или глупостью солдат людей тутже вонзил ей в живот меч, окрасив платье в красный.
Кея лишь улыбнулась, но ее лицо испортила гримаса боли. Она дотронулась до шеи солдата, вытащила из живота меч и, не боясь смерти, пропархала меж людей, дотрагиваясь до каждого.
Кровь, пропитавшая песок под ногами войнов, поднималась каплями и острыми иглами вонзалась в людей. А те, до кого дотронулась вампирша слышали в голове приказ «Убейте своих бывших товарищей.» И они не могли не послушаться…
И мы не позволим нас снова сковать!
Не ведали вы такой доли!
Да как могли вы что-то знать,
Кроме страданья как причинять?
Следующую часть маги проклятий снова пели вместе.
Встань, брат мой,
Время дать им бой.
Время показать им свою силу!
Малочисленная армия демонов медленно, но верно, меняла численность, и вот уже противоборствующие стороны были практически равны по головам, но не по силе, ведь приспешники Келаны были крайне живучи и ненасытны до крови. Среди демонов было двадцать раненых и пять смертей.
Потери среди людей — тысяча голов.
— Надо бы побыстрее сократить их число, а то наши уже устали, — грызя ноготь указательного пальца пробубнила Рия. — Анн, подержи.
