Добирались до клуба на двух машинах, Родион на своей, мы со Светланой на её, всю дорогу чувствовалась какая-то неловкость, разговор не клеился от слова «совсем», но не в плохом смысле, просто девушка, как посмотрит на меня, начинала краснеть и замолкала. Я решил не мучать её и дать прийти в себя.
Клуб располагался в отдельном двухэтажном, большом здании, сразу было видно, что его строили индивидуально под клуб. Стилизовано здание было под старинный замок, с башенками, вот только окна бойницы подкачали, они были больше, чем должны быть, зато выглядело очень красиво, а мрачноватый вид стен и горгулий на крыше, добавляли клубу дополнительный шарм.
Оставив машины на стоянке, мы втроём направились ко входу в здание, длинное крыльцо на котором уже отдыхала молодёжь разного возрастного порога. Увидев нас люди зашептались, послышались выкрики, но подходить к нам никто не посмел.
— Я вот не понял, они все твои приятели или нет? — спросил я у Родиона.
— Впервые их вижу, — ответил мне цесаревич и увидев мой вопросительный взгляд, продолжил. — Все хотят познакомиться со мной ради повышения власти, а вот я против такого, поэтому они и не подходят, зная это.
— Понятно, — ответил я.
Зайдя на крыльцо, нам на встречу вышел высокий молодой человек, примерно двадцати пяти лет от роду с чёрными волосами и пристальным взглядом. Увидев нас, он улыбнулся как старым знакомым.
— Ба, кого я вижу, не ужели это Её Светлость и Его Высочество? — раскрыл он руки, чтобы обнять княжну и цесаревича, но Светлана зашла за мою спину, почти скрываясь и протянула руку для рукопожатия, что молодой человек и сделал. Родиона он тоже не стал обнимать, а крепко пожал ему руку.
— Привет Игорь, рады тебя видеть, — ответил за всех цесаревич, Светлана только головой кивнула. — Познакомься, наш друг, Иван.
— Очень приятно, «друг» Иван, — пристально смотря на меня сказал Игорь, от его взгляда у меня мурашки пошли по коже. Но потом он улыбнулся и наваждение пропало. — Приветствую вас в моём клубе, самом неоднозначном месте для молодёжи.
— Прошу проходите внутрь, хоть на улице и тепло, но таким дорогим гостям не простояло стоять на пороге, — ещё шире улыбнулся он, а в его глазах я заметил вкрапления темноты, либо мне это просто показалось.
— Игорь, спасибо! — ответил за всех Родион. — Как дела? Что нового?
— Да всё как обычно! — отмахнулся парень. — Орлов как всегда пытается прыгнуть выше головы, Земельников всё никак не успокоится по поводу своей пассии, ну и всё как всегда, каждый живёт своей жизнью. Вы лучше расскажите, где встретили такого интересного друга?
— Ты про Ивана? — удивился Родион. — А что с ним не так?
— Да нет, всё в порядке, — сказал он и одарил меня пронизывающем взглядом вкупе с улыбкой. И вот что бы это могло значить?
— Илья, нам бы тихий столик, — обратился к хозяину заведения цесаревич.
— Конечно, я уже распорядился, — сказал он и мы пошли в глубь клуба.
Проходя мимо столиков остальных посетителей, нас окликали, звали к себе за столик, кто-то просто провожал странными задумчивыми, а порой и гневными взглядами.
— Кто это с цесаревичем?
— О Света идёт, сегодня я с ней точно познакомлюсь.
— А что это за красавчик рядом с этой мымрой?
— Смотрите, Родион, но сегодня без свиты? Странно.
И тому подобные высказывания. При чём я удостаивался не меньше, а порой и больше взглядов, чем мои спутники. Но всё, когда-либо кончается, мы наконец-то пришли за столик на втором этаже, вокруг него было прозрачное, с небольшими мыльными разводами, стекло создавая подобие кабинки. В итоге это оказался специальный артефакт, что создавал звуконепроницаемый куб вокруг стола, при этом не мешая движению как внутри куба, так и для выхода из него.
— Вот ваш столик, — сказал Илья с широкой улыбкой. — Дальше вы уж давайте сами, не маленькие.
— Спасибо огромное, — улыбнулся Родион за нас всех и уселся за стол.
— Будь очень аккуратен, я бы не хотел, чтобы в моём заведении сегодня пролилась кровь, — когда я пропустил вперёд Светлану, мне на ухо шепнул Илья.
— Странное предупреждение, — посмотрев прямо ему в глаза, сказал я.
— О нет, что ты, самое обычное, ты уж прости, но мне будет жаль, если будет горевать Светлана, — ответил он. — Возможно когда-нибудь мне будет жаль и ещё по кому-либо.
И не услышав мой ответ, развернулся и пошёл по направлению к лестнице. Странный тип.
— Ну как тебе тут? — улыбался Родион.
— Знаешь, я как-то не особо частый гость таких заведений, чтобы мне было с чем сравнить, — сказал я.
— Да я это понимаю, а так, как тебе атмосфера, как музыка? — не унимался Родион.
— Если честно, то я люблю, по крайней мере сейчас, более тихое время препровождение, а если брать музыку, то долбёжка мне не прельщает, — пожал я плечами.
— А что значит, «По крайней мере сейчас», — удивилась Светлана.
— А то, что человек может меняться и я тоже, — ответил я.
— Так, а музыка-то тебе чем не нравится? — удивился Родион.
— Мне больше нравится та, где есть мелодии, а лучше всего и живые инструменты, — ответил я.
— А сам на чём-то играешь? — вдруг спросил цесаревич.
