Все же, надо будет правильно рассчитать силы, иначе воины могут и озлобиться, в случае, если этот Тим завтра проиграет. А в том, что он проиграет, сомнений у Эйрина не было.
Выйдя на улицу, Эйрин вдохнул полной грудью сладкий ночной воздух. Посмотрев на огромные звезды, густо усыпавшие небосвод, он зевнул. Признаться он предполагал, что будет немного более интересно, потому и попросился сюда. А оно вон как обернулось - дружеский поединок... Презрительно фыркнув, Эйрин направился в свою комнату. Прежде чем назначать ему дружеский поединок, этому Тиму надо было хотя бы попытаться стать его другом.
Развернувшись на каблуках, Эйрин направился к лестнице. Время, хоть и не позднее, а он порядком подустал за все время своего путешествия. Пнув дверь, Эйрин вошел в комнату и развалился на кровати. Глупость и, ничем не оправданная, гордость окружавших его, давно перестали удивлять. Самому себе Эйрин начал казаться древним старцем, в глазах которого мир, из яркого и пестрого, стал серым и бесцветным. А ведь он просто хотел, чтобы его оставили в покое и перестали набиваться в "друзья". Цену такой "дружбе" Эйрин знал - пятьдесят тысяч золотых и кусок земли неподалеку от Сейна. Полежав на постели еще какое-то время, Эйрин закрыл глаза.
Пожалуй, не стоит завтра сдерживаться, одной молниеносной победой он раз и навсегда отвадит от себя тех, кто хочет погреться в свете славы де Сэй.
Южная Застава. На рассвете следующего дня.
Солнце только-только показалось над верхушками деревьев, а жизнь в Заставе уже кипела - воины всего гарнизона собрались во дворе, сонно кивая друг другу и кутаясь в уставные кафтаны. Как и всегда, душную южную ночь сменило утро, принесшее, пусть и на пару часов, столь вожделенную прохладу. Командир Заставы сидел на сбитых каменных ступенях, устремив задумчивый взор на порозовевшее небо. В руке у него была зажата тяжелая глиняная кружка, в которой плескался ароматный травяной чай. Втянув свежий утренний воздух, в котором разлился едва различимый запах сухой травы, Ленар - командир Южной Заставы, широко улыбнулся.
После нововведений, принятых Императором, столь ответственные посты, как место командующего одной из четырех опор Империи, смог занять человек. Путь Ленара, от простого воина, до командира Заставы был долог и труден - ведь ему препятствовали не кто-нибудь, а Ааш'э'Сэй, но все равно, приложив все возможные усилия, Ленар добился своего - вот уже три года он был главным в Заставе.
Заняв сей пост, Ленар принял решение, которое могло бы стоить ему места, да и солдатской пенсии тоже, не будь политика молодого Императора направленной на объединение людей и демонов. А решил Ленар вот что - раз уж простых людей начали набирать, после долгого перерыва, в Священную Акадэмию Хикар, что долгое время не практиковалось, то почему бы этим самым людям не начать нести службу в Заставах?
До этого момента покой Империи и нерушимость ее границ берегли лишь те, кто не попал в элитный отряд Демонов-Воинов. Другими словами те, кто не прошел Пятое Крещение. Южная Застава стала первым местом, где главенствующий пост занял человек, а Ааш'э'Сэй находились под его командованием. Естественно, среди демонов были недовольные, но как только вышел соответствующий указ Императора, все недовольства прекратились. Тогда-то Ленар и пришел к выводу, что будет правильно, если сам, лично, займется поиском способных воинов среди людей и возьмет их на службу в Заставу. Кроме того, Ленар приложил все усилия для того, чтобы старый состав был "разбавлен" новичками-людьми. Таким образом, стараниями нового Командира Заставы в его гарнизоне несли службу люди. Правда, тут еще и большую роль сыграло то, что многие из Ааш'э'Сэй все еще считали людей недостойными. Ленар хмыкнул - а ведь говорят, что в Акадэмии воины забывают о том, что такое "гордыня"...
В общем, не долго думая, Командир начал лично подыскивать молодых и одаренных юношей, а в один из дней судьба свела его с Тимом Дорэем, который, казалось родился с катоном в руках. Тим Дорэй обучение в Акадэмии не проходил, потому как не являлся потомком знатного рода, а по указу Императора брали туда именно таких. Вспомнив тот день, Ленар громко рассмеялся, чем вызвал удивленные взгляды со стороны, собравшихся поглазеть на поединок человека и Ааш'э'Сэй, воинов.
Командир помахал рукой, как бы показывая, что все в порядке и беспокоиться не о чем, и вновь погрузился в свои мысли.
