Они вышли из кабинета ректора в молчании. Алекс не знал, что и думать. Дмитрий создал ему идеальное прикрытие, взял вину на себя, даже рискнув своим положением в студсовете. Но зачем?
«Спасибо», – выдавил наконец Алекс, когда они отошли на безопасное расстояние.
«Не за что, – Дмитрий снова улыбнулся своей обычной улыбкой. – Друзья должны помогать друг другу, верно? Теперь мы вроде как… повязаны этим дежурством». Он подмигнул. – «Увидимся на патрулировании, напарник».
И он ушел, оставив Алекса с тяжелым чувством долга, подозрением и опасными трофеями в комнате. Он получил свой B-ранг, но цена за него оказалась выше, чем он предполагал. И его связь с загадочным Дмитрием стала гораздо сложнее и опаснее.
Наказание в виде дополнительных дежурств по патрулированию территории академии оказалось… странным. С одной стороны, это было унизительно – ходить по ночам вдоль периметра, проверяя датчики и следя за порядком, словно провинившийся школьник. С другой – это давало Алексу почти легальное прикрытие для его ночных активностей, хотя и ограничивало свободу действий. Но самым странным было то, что его напарником по этому наказанию был Дмитрий Меньшиков.
Их первая совместная смена началась в гнетущем молчании. Алекс все еще не мог отделаться от подозрений и чувства долга перед своим загадочным спасителем. Дмитрий же, казалось, вернулся к своей роли прилежного студента – он четко следовал инструкциям, проверял показания на выданном им планшете и вежливо комментировал маршрут.
«Похоже, сегодня тихо», – заметил Дмитрий, когда они обходили дальний угол тренировочных полигонов, где Алекс провел столько часов в тайных тренировках. – «Никаких аномальных всплесков. Хотя после недавних событий Ассоциация усилила сканирование». Он бросил на Алекса быстрый взгляд.
«Недавних событий?» – Алекс решил подыграть, делая вид, что не понимает намека.
«Ну да, – Дмитрий пожал плечами. – Та зачистка врат B-ранга. Говорят, кто-то неизвестный в одиночку справился. Представляешь? Какой-то безумец. В Ассоциации переполох, пытаются найти этого "фантома". Надеюсь, его поймают, пока он не натворил бед». Он говорил совершенно будничным тоном, но Алекс уловил в его голосе иронию.
Они шли дальше молча. Тишину нарушал лишь их собственные шаги.
«Знаешь, Волков, – снова заговорил Дмитрий, на этот раз тише. – Я хотел извиниться. За тот спарринг… ну, из-за которого нас наказали. Я действительно не рассчитал силы. Не должен был так давить на младшего».
Алекс удивленно посмотрел на него. Он все еще играет роль?
«Все в порядке», – коротко ответил он.
«Нет, не в порядке, – Дмитрий покачал головой. – Особенно для меня. Мое положение в студсовете… оно не такое прочное, как может показаться. Я ведь не из аристократов, сам понимаешь. Каждый промах – это повод для конкурентов указать на мое "неподходящее происхождение". Я добился этого места упорным трудом, а не благодаря фамилии».
В его голосе прозвучала искренняя горечь, и Алекс впервые задумался о том, каково это – быть А-рангом из обычной семьи в элитной академии, полной потомственных аристократов. Наверное, давление было не меньше, чем у него с его E-рангом и громкой фамилией.
«Я… я не знал», – пробормотал Алекс.
«Мало кто знает, – Дмитрий усмехнулся. – Все видят только ранг и должность. Но за этим стоит… многое. Моя семья не богата. Мать работает на двух работах, младшая сестра… она часто болеет, нужны дорогие лекарства. Я поступил сюда на особых условиях – глава гильдии "Львиная Грива", старый друг моего покойного отца, заметил мой потенциал при пробуждении и договорился с ректором. Он оплатил вступительный взнос, но не обучение – ректор пошел навстречу из уважения к старому другу и моему А-рангу, разрешив учиться бесплатно. Но на жизнь, на экипировку… на все остальное приходится зарабатывать самому».
Он говорил об этом спокойно, без жалости к себе, но Алекс слушал, пораженный. Он всегда думал, что А-ранг – это пропуск в безбедную жизнь.
«Но как? – спросил Алекс. – Студентам же вроде нельзя работать в гильдиях до четвертого курса?»
«Официально – да, – Дмитрий криво улыбнулся. – Но когда очень нужны деньги… находятся способы. Не всегда легальные. Снаряжение для А-ранга стоит целое состояние, а стандартное академическое разваливается после пары серьезных тренировок, не говоря уже о реальных вратах. Вот и приходится… крутиться». Он не сказал прямо про "перехваты", но намек был очевиден. Теперь Алекс понимал, почему встретил его во вратах С-ранга. У них были схожие проблемы, хоть и с разных концов социальной лестницы.
«Поэтому я и стараюсь держаться в студсовете, хорошо учиться, – продолжил Дмитрий. – Это шанс получить хорошую стипендию, рекомендации, может быть, контракт с приличной гильдией после выпуска. Каждый выговор, каждое нарушение – это риск все потерять». Он вздохнул. «Поэтому я и взял вину на себя за тот "спарринг". Меньшее из зол. Хотя положение мое это пошатнуло».
