Они одновременно вышли из калиток, и пошли по дороге. Андрей молчал, не решаясь начать разговор. Он был взволнован, его мысли сосредоточились на событиях ближайшего будущего. Но каждый шаг по асфальту вперед, будто бы отдалял, покрывал туманом, это самое неминуемое будущее. Андрей пытался что-то себе представить, нарисовать картинку вечера в воображении, но… Это была не та картина, которая сама воодушевленно поселялась у него голове и жила там до того самого времени, пока полностью не оказывалась перенесенной на лист бумаги. Андрей слишком образно и стереотипно представлял себе место, в которое шел. Он терялся и совсем переставал что-либо себе представлять, как только соображал, что с ним идет Настя и ее нужно будет как-то познакомить с новым местом. А как Андрей мог это сделать? Какое знакомство он мог провести, если сам шел в новую «Радугу» в первый раз. Андрей понимал, что от детского сада там осталось только название и, что даже само свое пребывание в детском саду он помнил довольно плохо и мог вспомнить только парочку случаев из детсадовской жизни. Сейчас детсад обособленно существовал в сознании Андрея, но именно на него ему захотелось выплеснуть все свое беспокойство и таким образом будто бы освободиться от неловкости и вдруг раскрепоститься по максимуму.
Настя шла рядом и волновалась, понемногу начиная нервничать. Она выпила пару таблеток валерьянки, но никакого эффекта они не произвели. Настя чувствовала, что сейчас начнется бестолковая паника.
– Хорошо бы только дождя не было. Верно? – добивалась Настя, чтобы Андрей подтвердил ее желание.
Андрей же, прежде чем ответить, поднял голову и быстро изучил горизонт. Небо было голубое и чистое. До захода солнца еще оставалось время.
– Да на небе то ни облачка. Гроза уже ушла.
– Неплохо бы, если бы дождя не было, – повторилась Настя и засуетилась, покрутила серебряное колечко на пальце левой руки, поправила волосы и добавила, – а ты давно не был в «Радуге»?
– С тех пор, как садик закончил, – слова получились крайне убедительными и серьезными.
– Какой садик? – Настя сиюминутно поверила Андрею, но о чем он сказал, не поняла.
– Здесь был раньше садик «Радуга». Потом построили новый, а здание продали, – Андрей тяжело вздохнул, – я не был в новой «Радуге». И чего это тебе туда захотелось, не понимаю.
Андрею сделалось немного легче. Настя прочувствовала правильно его ответ, и как бы отпала часть ответственности – теперь за все возможные неожиданности и неприятности он не отвечал. Он сам не знал, какие именно сюрпризы скрывают бывшие стены детсада.
– Ты там ни разу не был!.. Ну!.. Тогда…тогда… – Настя взглянула на Андрея, который еще держал легкую улыбку на лице, и, не веря себе, произнесла, – надеюсь, тебе понравится.
– Настя!.. – Андрей остановился и во все глаза уставился на нее. Он бы не позволил себе настолько пристально смотреть на эту удивительную девушку, если бы не был так взволнован и будто даже обижен ее скромно произнесенным заявлением.
– Что? Ты тогда со мной не пойдешь?
– Почему? – вновь став серьезным спросил Андрей.
– Не знаю. Ты так странно отреагировал на мои слова…
– Насть, если я иду с тобою, значит иду. Смотри, там уже какая-то компания собралась, – Андрей показал рукой на кафе и, кажется, успел чем-то заинтересоваться.
Настя ему ничего не ответила. Радость и разочарование переполняли ее. И чего было больше, она не могла определить. Андрей точно был с ней, и никаких неожиданных действий с его стороны не могло произойти. Настя чувствовала в том уверенность, что убедительно исходила из его четких слов, из его решительных телодвижений. И ее будто озаряло внезапно свалившимся на голову счастьем. Но некое обстоятельство, то есть предстоящее дело, которого она так волнительно, с предвкушением и бурной фантазией ждала, вдруг все стало омрачать. От того никак не получалось улыбнуться и начало хотеться что-то изменить. И чем ближе подходили они к «Радуге», тем больше тянуло ее убежать, бросив Андрея. Но он ничего не подозревая шел к деревянной обшарпанной, но еще добротной, толстой двери. Насте не хватало духа взять Андрея за руку и, повернувшись к «Радуге» спиной, пойти прочь (в неизвестном направлении) или в березовую рощу, что растет по дороге на пруд. Беспокойная фантазия, неопределенность в желаниях… Настя… Настя…
Среди молодежи, весело обсуждавшей чье-то нехорошее поведение, Андрей встретил двух своих одноклассников. Кинув им и бросив «привет», он взглянул на Настю. Странной и несколько неестественной она ему увиделась. Искрящиеся глаза – Андрей не мог понять, от чего они так ярко светились, словно мерцающие звездочки – притягивали и настораживали его одновременно. Андрея отталкивало такое яркое изобилии эмоций. Но Настя ему нравилась, и сегодня это ставило окончательную точку над всеми возможными сомнениями.
– Пошли, – кивнул головой Андрей.
И Настя, широко ему улыбнувшись, будто бы осталась без выбора.
