– Более-менее, – прохрипел человек и сплюнул. – Верхний коренной, кажется, все.
Его взгляд скептически пробежался по окружающим их руинам.
– Мда… Ну и натворили вы, Антон Вячеславович, делов.
Антон тяжело вздохнул.
– И почему меня постоянно в чем-то обвиняют? А вы сами? Устроили какой-то театр с переодеваниями. Это, вы считаете, профессионально?
– Много вы понимаете, – задумчиво сказал тот. – Маскировка есть базовый элемент оперативной работы. Кому-то же надо вас спасать от ваших же авантюр.
К огромному удивлению Антона, лейтенант поднес ко рту плоский черный аппарат, который, видимо, все это время находился у него в руке.
– Панцирь, Панцирь, я Фокстрот. Проверка связи. Как слышно? Прием.
В устройстве затрещало. Звуки эфирных помех возбудили в душе Антона целую волну радостных надежд.
– У вас есть радиостанция? Слава богу! Значит, мы спасены?!
– К сожалению, не все так просто. – Лейтенант хмуро покачал головой. – Сигнала нет.
Он сплюнул.
– Хваленая сверхсекретная радиостанция подземной связи! Мне ее с таким скрипом выдали, будто это не набор микросхем, а тиара папы римского. Специалисты обещали уверенный прием в сложных условиях. Черта с два! Ни уверенного, ни какого другого приема нет вообще.
Эйфорию как ветром сдуло, и на Антона вновь навалилось отчаяние.
– Как же мы выберемся? – глухо спросил он.
– Да уж как-нибудь… – Решкин с ожесточением принялся отдирать остаток бороды. – Придумаем! Бывали обстоятельства и похуже.
– Хуже? – Антон разглядывал бурлящие потоки воды, что закручивались вокруг них. – Вода прибывает, а деваться нам некуда. Но вы-то как тут оказались? Разве вас не отстранили от вашей любимой оперативной работы?
– Это верно, – согласился он. – Но после вашего исчезновения ситуация изменилась. Немедленно согласовали операцию, и на самом высоком уровне.
Антон не мог сдержать горькой усмешки.
– Ну и куда вас завел этот уровень? Разве это маскировка? Борода, усы какие-то клоунские…
– Мне кажется, образ для прикрытия выбран психологически верный, – заметил лейтенант. – Престарелый чудак, работник музея, специалист по тайным обществам. Это объясняло излишний интерес к теме и придавало легенде должную убедительность…
– Но откуда вы взяли всю эту историю с гермесианами?
– А! Тут все просто.
Решкин уселся рядом, расшнуровал и снял ботинки, после чего принялся поочередно выливать из них воду.
– Существует один швейцарский историк, интересно по этому вопросу пишет. Попалась мне его книжечка про тайные общества 19 века. Там все и про цитадели, и про связи с франк-масонством. Остальное было уже импровизацией…
Покончив с ботинками, он достал радиостанцию и сосредоточенно принялся подкручивать ручку настройки.
– Чтобы вы понимали, Антон Вячеславович, шансы у нас есть. Сверху к нам пробиваются две поисковых группы.
Он снова приложил аппарат к уху, прислушался к эфиру.
– Правда, сигнала нет, хоть зарежь… Но не будем отчаиваться! – добавил он бодрым тоном. – Место это, конечно, труднодоступное для волн и вообще. Но в целом представляет собой обычный бункер, то есть типичное подземное укрытие. Существует техническая возможность прорыть сюда ход, в крайнем случае. Другое дело, сколько это займет времени.
Он задумчиво ущипнул кончик усов.
– Эх, Антон Вячеславович, напрасно вы от меня скрывали, что собираетесь проникнуть на данный объект. Действуя сообща, вместе мы что-нибудь бы придумали…
– Очень в этом сомневаюсь, – угрюмо сказал он.
– Часть вины я с себя не снимаю, – согласился Решкин. – Опытный оперативник, называется. Попался на дешевом трюке со снотворным. Чем эти ученые нас траванули? Небось не клофелин какой-нибудь. До сих пор голова гудит, как трансформаторная будка…
– У вас голова… А меня, представьте себе, заживо в гроб засунули.
Сказав это, он ощутил прилив ненависти ко всем эти ученым обитателям станции, радетелям за человечество.
– Что-о?! – удивился лейтенант. – Это с какой, простите, целью?
– Так… Бессмертное существо собирались из меня сделать. Есть в уголовном кодексе статья на этот счет?
– Ну это… позвольте… Вы не шутите?
Выслушав его скупой пересказ событий, оперативник задумался.
– Вот так номер!.. Что касается оживления, это похоже на фокус. Бессмертный старик, машина жизни какая-то. Разыграли вас, Антон Вячеславович, как по нотам.
– Да уж не фокус, – набычился он. – Вы же сами видели энергель, что это такое, по-вашему?
