Он прошел к двери и отдернул занавеску, скрывающую старинный электрический щит. Раздался щелчок – крышка откинулась, обнажив пыльные жгуты скрученных проводов и рукоятку с черным набалдашником. Он вытащил из кармана и осторожно вставил «янтарную» пластину в медные зажимы.
Пока комната наполнялась желтым светом, все молчали. Лицо Надежды осталось безучастным, словно ничего особенного не произошло, а Богиня замерла, прекратив тасовать колоду. Задрав подбородок, она прищурилась на разгорающуюся лампу и озадаченно спросила:
– И как это у тебя получилось?
Сейчас, когда обе девушки находились рядом, он с удивлением обнаружил, что они похожи. Как же ему это раньше не приходило в голову! Черты лица, изгиб губ, и эта манера хмуриться, сдвигая брови…
Он закашлялся, подбирая слова.
– Дело в том, что этот дом не подключен к общей электросети. Судя по всему, здание оснащено энергетической установкой, которая питает дом электричеством в автономном режиме. Не совсем понятно, как она работает и откуда берет энергию. Скорее всего, в прошлом она обеспечивала электричеством все постройки, что входили в усадебный комплекс, а сейчас осталась рабочей только та часть, что отвечает за графский дом…
Антон отдавал себе отчет, насколько его объяснение может показаться неубедительным, и напрягся, ожидая шквал сомнений и вопросов. Но все продолжали молчать. Так и не убедившись, что смысл сказанного дошел до собеседников, он добавил:
– В качестве осветительного элемента использована лампа Шелби, так называемая «столетняя лампа». Это конкурент лампы Эдисона, их производили в начале девятнадцатого века. Ее особенность в том, что в лампе применяется угольная нить накала. Такие лампы работают по обратному принципу, то есть при нагревании сопротивление уменьшается, и свечение медленно нарастает. При включении лампа светится совсем плохо, но затем все сильнее и сильнее. Правда, мощность таких ламп крайне невысокая. Но энергии они требуют гораздо меньше…
По инерции он продолжал говорить, но его не отпускало ощущение, что его не слышат и главное, совершенно не понимают, о чем речь.
Лицо Надежды казалось непроницаемым. Пока он говорил, иностранец пучил глаза и моргал рыжими ресницами, постоянно облизывая губы. Богиня же долго сверлила его темным недоверчивым взглядом, поминутно отбрасывая упрямую челку с лба, пока наконец не спросила:
– А что это за желтая квадратная ерундовина, которую ты вставил в ту штуковину?
– Эта ерундовина, судя по всему, источник энергии, – объяснил он, отметив про себя, что цепкий глаз аферистки ухватил самое главное. – Нечто вроде батарейки для электрического фонарика. С той разницей, что батарейка питает лампочку, которая излучает свет, а эта пластина подает электричество, необходимое для освещения дома. Материал, из которого она изготовлена, и сам принцип работы мне непонятен. Здесь нужны знания по электрохимии, которых у меня нет. Но электрические провода самые, можно сказать, обычные.
Богиня нахмурилась.
– И как ты догадался про это все?
Он вздохнул.
– С самого начала на эту мысль меня навели комары. Ну, за участком их водится несметное количество, но при приближении к дому они практически исчезают. Это навело меня на мысль, что здесь существует мощное электромагнитное поле, которое отпугивает насекомых. Но началось все с того, что я случайно наткнулся на электрический щит. После этого я решил исследовать дом и обнаружил…
Неожиданно его перебила Надежда.
– У меня другой вопрос… – лицо ее было бесстрастно, но голос звенел металлом. – Я в электричестве ничего не понимаю. Про магнитные поля ничего сказать не могу. Может быть, это необычно. Но это же очень старый дом. В нем жила еще моя прапрабабка. Конечно, тут старые провода и допустим, какие-то старые лампочки. Пусть так. – Она нахмурилась. – Я о другом. Это правда?.. То, что говорит эта женщина?
– А что говорит эта женщина? – машинально переспросил он.
– Она говорит, что пришла за Феликсом, – глухо сказал Надежда. – Кажется, он замешан в какой-то истории с наркотиками. Кроме того, она утверждает, что Феликс проиграл в карты этот дом и сбежал. Что существует тайное убежище, где он скрывается. И это убежище находится где-то здесь… Это все правда?
«Эта женщина» уже открыла рот, чтобы возразить, но видимо, решила подождать и поглядеть, как Антон будет выкручиваться.
Теперь глаза всех обратились к нему, и он запыхтел, как чайник.
– Есть несколько версий происходящего, скажем так…
– Мне нужен ответ, – твердо сказала Надежда. – Ты тоже считаешь, что Феликс связан с этими… – выговорила она брезгливо, – людьми? В самом деле?
Она смотрела на него в упор, сдвинув брови.
– В конечном счете, – пробормотал он, – мы все хотим найти Феликса? Так почему бы не…
– Ответ!
– Да не знаю я, – разозлился он. – Я только хочу понять, что тут происходит. Можешь верить или не верить, но Феликс действительно пропал. У меня есть план, как его найти. Какая разница, с кем это делать, если у нас получится?
– Но что она здесь делает?!
– Э-э-э… Скажем так, у нас, в некотором смысле… уговор, – выкрутился он. – Общее дело.
