Стук в дверь раздается так внезапно, что я вскрикиваю и зажимаю рот кулаком. В груди все замирает, а ладони мгновенно становятся мокрыми. Кто это? Они нашли меня? Как?
Медведь смотрит на меня с холодной уверенностью.
— Подпол, под ковром. Спрячься. Быстро.
Я не двигаюсь, пока он не указывает взглядом на угол. Сердце бьется так громко, что я уверена его слышат все в доме. Спотыкаясь, подхожу к углу комнаты. Нахожу под ковром люк, поднимаю его дрожащими руками. Спускаюсь вниз, чувствуя, как темнота обволакивает меня, как чёрная дыра. Сверху слышны шаги Медведя и голоса, но слова расслышать не получается. Сердцебиение перебивает всё.
Ночь проходит в безумной гонке. Начальство требует результат, и мы с Демидом метаемся по городу в поисках зацепок. Десяток разных запросов во все структуры, опрос свидетелей, потенциально возможных подозреваемых.
Пока никаких следов. Водитель чёрного седана быстро затерялся, точнее его передвижение по камерам будет только к утру. Демид проверяет информацию по телефону, я делаю вид, что сосредоточен. На самом деле в голове только одно: не дай бог они выйдут на Дарью. А как им не дать на неё выйти? Да и нахрена оно мне надо? Погоны вроде пока не жмут. Рисковать всем ради девочки-убийцы? А если не она? Пиздец сколько вопросов и ни одного ответа.
— Ничего, — бросает Демид, сбрасывая звонок. Его голос звучит холодно, как ночной воздух. — Все чисто. Думаешь, работал профи?
— Хрен его знает
Я сжимаю руль до белых костяшек.
— Ладно. Возвращаемся. Завтра с утра начнем заново.
Демид смотрит на меня, как будто пытается что-то понять, но ничего не говорит. И слава богу. У меня нет для него ответов. Сам нихрена не понимаю.
Возвращаюсь в кабинет, падаю в кресло и силы окончательно покидают. Вытаскиваю из кармана телефон, открываю галерею. Смотрю на фото, сделанное ночью. Дарья, закутанная в одеяло, лицо спокойное. Никакого страха, никакого напряжения. Почти ребёнок. Может быть, именно поэтому я так рванул ее защищать? Может, потому что она совсем не похожа на тех, кого я привык ловить? А может она просто отличная актриса?
Ловлю себя на мысли, что глаза слипаются. Руки сами кладут телефон на стол, а голова опускается на папку. Последнее, что вижу, это лицо Дарьи. Вот же вляпался….
Просыпаюсь от толчка в плечо и запаха кофе. Веки склеены, голова гудит, а мысли уплывают куда-то вдаль. Перед глазами расплывается фигура Демида. Стоит с двумя стаканчиками из автомата, протягивает один мне.
— Подъем, — его голос низкий, ровный, почти безэмоциональный. — Будильник с кофе.
Растираю лицо, пытаюсь прийти в себя. Заснул прямо за столом, уткнувшись в досье. Плечи затекли, будто на них всю ночь лежала чья-то каменная рука. Беру кофе и благодарно киваю.
— Спасибо. Что нового?
Демид садится напротив, привычно скрещивая руки. Его лицо — холодная маска, ничего лишнего.
— Фоторобот девушки составили, — отдает мне файл с рисунком. —Свидетелей допрашивают. Досье на Громова тоже готово.
Отпиваю кофе. Горечь мгновенно заставляет поморщиться, но этот вкус хотя бы возвращает к реальности. Машинально растираю лицо, собираясь с мыслями. Девушка с фоторобота — это Дарья? Похожа. Слишком похожа. Но если это просто совпадение? Да какая теперь нахрен разница?
— Отлично, — бросаю с ноткой сарказма. — Может, хоть это поможет распутать этот клубок. Хотя, скорее всего, опять топтаться будем. Все, как всегда, завязано в узел, который никто не хочет развязывать.
Демид молчит, но я чувствую, что он разделяет мое раздражение. Пока мы топчемся на месте, время уходит, а улики теряются.
Тянусь за телефоном, набираю Медведя. Он отвечает сразу, будто сидел и ждал моего звонка.
— Как там гостья? — спрашиваю, стараясь говорить спокойно и не вызывать подозрение.
— Всё в порядке, — отмахивается друг. — Спит ещё, куда ей деться?
— Не выпускай ее из виду. Я скоро заеду, заберу.
— Да держу я, держу, — ворчит Медведь. — Не парься.
Бросаю трубку, возвращаюсь к Демиду. Тот уже копирует лист с фотороботом. Поднимаю его, всматриваюсь. Лицо, которое я видел вчера. Дарья. Никаких сомнений.
— В работу отдашь? — киваю на лист.
Демид подтверждает коротким движением головы.
— Уже отдал.
— Выяснили, кто она? — невольно замираю, ожидая ответ.
Он качает головой.
— Пока нет. В процессе.
— Долго работаете, — фыркаю, поднимаясь. — К Фоме сгоняешь?
Это наш судмедэксперт. Главный по телам и уликам.
— Хорошо.
Забираю кофе, выхожу из кабинета. Голова гудит, мысли путаются. Как собрать этот гребаный пазл в кучу? Все разлетается на мелкие осколки.
Направляюсь к допросным. Через стекло наблюдаю, как коллеги допрашивают персонал офиса Громова. Один из охранников что-то рассказывает, жестикулируя руками. Я прислушиваюсь.
— Чёрный седан, — повторяет охранник. — Уехал сразу после выстрела. Я сам не видел, но коллега говорит — резко вырулили с парковки.
— Кто за рулем?
— Не знаю. Лица не видно было.
— Камеры? — уточняет следователь.
— У нас камеры только на выезде из здания.
