— Питер? — выдыхает Амидала, вдавливая пальцем наушник в ухо. — Что слу…
— Этот ублюдок рядом с тобой — не Озборн! — вопит Питер. Судя по его рваному дыханию, он куда-то бежит. Со всех ног. Испуганный. — Это тот тип, который может лицо менять, мы видели его в парке, давно, и он… Арргх, некогда объяснять, где ты?
— Самолет заходит на посадку.
— На Джона Кеннеди?
— Да.
Питер перебрасывается парой бранных слов с кем-то и возвращается к Тее, пригвожденной к собственному креслу силой гравитации и забирающимся под кожу страхом.
— Как только пройдешь регистрацию, беги со всех ног к выходу, Стрэндж подхватит тебя в туалете в западном крыле, поняла?
— Д-да.
Парень вздыхает.
— Ты только не бойся, хорошо? Мы тебя вытащим.
Тея косится на притихшего Гарри Озборна, который, оказывается, вовсе не Озборн. Ей начинает мерещиться, что все вокруг нее — иллюзия, и она просто не заметила, как угодила в ловушку, хотя все указывало на это.
— Паучок на связи? — усмехается подставной Озборн. — Передавай ему мои наилучшие пожелания.
Она решает не вступать с ним в диалог, чтобы не вызвать цепной реакции; не-Гарри-Озборн похож на бомбу замедленного действия, которая только и ждет щелчка. Амидала отворачивается от него, чтобы взглянуть на Гвен, но та отчего-то бледнеет.
— Гвен?
— Тея… — выдыхает подруга. — Ты светишься.
О, нет! Девушка прижимает сияющие желтым руки к наверняка сияющим желтым щекам, жмурится. Вот, почему этот недоделанный Озборн так на нее смотрел — все это время Тея выдавала себя с головой, себя и свои истинные эмоции! Вот, почему он распалял ее страх еще больше, он наблюдал за ее реакцией!
— Эт-то не то, что ты могла подумать, — мямлит Тея, совсем не чувствуя себя убедительной. Питер хрипит на другом конце провода в позабытом девушкой микрофоне.
— Что происходит? Тея?
Она не отвечает; смотрит на Гвен, мотает головой в немой мольбе. Подруга открывает рот, чтобы… закричать, обязательно закричать. Но в итоге не издает ни звука.
— Питер, я не могу выйти из самолета, — шепчет Тея, глядя на свои руки. Вся кожа светится, в приоткрытом иллюминаторе вместо силуэта Амидалы отражается желтое пятно, и Гарри Озборн — кем бы он ни был — смотрит на все это с видимым удовольствием.
— Тея?.. — хрипит Питер. Девушка мотает головой.
— Не смогу выйти, я вся свечусь.
— Что? Но ведь ты… Ладно. Успокойся, слышишь? Я что-нибудь придумаю, жди.
«Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту Джона Кеннеди. Местное время шесть часов сорок минут утра…» — сообщает старший пилот по громкой связи, после чего в салоне включается яркий свет. Тея оглядывается по сторонам: мистер Лагерти поднимает студентов с задних рядов, Гвен вместе с сидящей за нею Синди тоже пытается встать. Они ловит взгляд Амидалы и опускается обратно в кресло.
— Что это такое? — шипит блондинка. — Ты радиоактивная? Мне стоит предупредить мистера Лагерти, что…
— Нет! — вскрикивает Тея и вспыхивает на мгновение еще сильнее. Гвен дергается.
— Ты не собираешься выходить, Амидала? — злорадно скалясь, спрашивает «Гарри Озборн» за ее спиной. Тея не смотрит на него, старается даже не слушать.
— Выметайся сам, — рычит она и оборачивается к подруге через проход. Гвен испуганно ахает. — Помоги мне.
— Как?
— Я не… — Тея тянется к блондинке, прикрываясь ветровкой, пока никто не заметил. В проходе за креслами среднего ряда Синди присоединяется к очереди из остальных пассажиров и вопросительно оглядывается на девушек. — Мы сейчас, — коротко бросает ей Тея. — Помоги мне выбраться отсюда. Прикрой меня. В буквальном смысле.
Гвен все еще смотрит на подругу с понятным испугом, Питер не отвечает, а испорченный «Гарри Озборн» подталкивает девушку к выходу.
— Я прикрою тебя, — говорит вдруг он. Тея на его слова даже не реагирует и мотает головой, глядя в глаза подруге.— Давай же, Амидала, ты зря упрямишься!
И только теперь Гвен ахает. Смотри на Тею во все глаза.
— Ты… — выдыхает она. — Ты ведь… Ты ведь — она…
— Гвен, пожалуйста! — уточнять, кого Стейси имеет в виду, нет ни времени, ни смелости. Тея просто соскальзывает со своего кресла в проход, закрываясь ветровкой, но той не хватит на все ее тело — торчат либо руки, либо голова девушки. Амидала медленно поднимается, стягивая ветровку повыше, на самую макушку, и стучит пальцем по уху, в котором застрял микрофон. Питер, где же ты!
— Ох, — снова ахает Гвен. Затем ее руки обнимают Тею за плечи. — Идем, я тебя провожу. Ты не можешь разве, не знаю… не светиться?
Тея готова заплакать от облегчения. Она мотает головой и еле слышно выдыхает: «Спасибо тебе, Гвен Стейси».
Вдвоем они кое-как вываливаются из салона самолета прямо в рукав, ведущий к одному из посадочных выходов аэропорта. Позади, Тея слышит, размеренно шагает не-Гарри-Озборн, и почти чувствует его руки. Тот тянет их к девушкам с явным желанием помочь. Только помощи от него Тея не хочет.
— Стейси, Амидала! — рявкает вдруг откуда-то справа голос мистера Лагерти. Они почти дошли до выхода. — Что за маскарад?
