Рейнор задумался, потирая подбородок. Его люди на «Стервятниках» напряженно ждали его решения.
— Просто так отпустить вооруженный патруль Доминиона, который тыкал пушками в моих людей? — он усмехнулся. — Это не в моих правилах. Должен же я получить какую-то… компенсацию за беспокойство.
На его лице снова появилась хитрая усмешка.
— Значит так, солдатики, — он обвел нас взглядом. — Выметайтесь отсюда. И передайте своему Дрейку или кто там у вас командует, что Рейдеры Рейнора следят за ним. И если Доминион продолжит кошмарить местных, мы ответим. А в качестве… жеста доброй воли… — он кивнул на наши винтовки. — Оставьте нам пару магазинов. А то у Хэнка с ребятами, похоже, совсем туго с патронами.
Сержант Килгор нахмурился. Отдать боеприпасы потенциальному врагу — это нарушение всех уставов. Но жизнь его людей стоила дороже нескольких обойм.
— Пара магазинов — и мы уходим, — коротко ответил он.
— Идет, — Рейнор улыбнулся. — Хэнк, подойди, забери гостинцы.
Хэнк, все еще настороженно косясь на нас, подошел. Килгор и Райли отстегнули по два магазина от своих винтовок и протянули ему. Колонист быстро спрятал их в свою сумку.
— А теперь валите, — сказал Рейнор уже без усмешки. — И запомните мои слова. Мар-Сара — не место для игр в солдатики по правилам Менгска.
Килгор кивнул.
— Взвод, отходим! Торн, Петрова — замыкающие. Медленно, без резких движений.
Мы начали отступать, пятясь назад, не спуская глаз с Рейдеров. «Стервятники» все еще держали нас на прицеле. Ощущение того, что в любую секунду тебе могут выстрелить в спину, было не из приятных. Я чувствовал, как футболка прилипла к спине от пота.
Когда мы отошли на безопасное расстояние и скрылись за теми же развалинами, откуда наблюдали за вышкой, Рейнор что-то крикнул своим людям. Двигатели «Стервятников» взревели громче, и они, подняв еще больше пыли, скрылись за холмами в том же направлении, откуда появились. Троица колонистов, забрав свои трофеи, тоже поспешила ретироваться в противоположную сторону.
Мы остановились перевести дух только когда вышка и место стычки скрылись из вида.
— Ну и денек, — выдохнул Райли, снимая шлем и вытирая пот со лба. — Едва не стали решетом.
Килгор молчал, задумчиво глядя в ту сторону, куда уехали Рейдеры.
— Петрова, молодец, — наконец сказал он. — Твоя голова сегодня спасла нам шкуры. Дипломатия — тоже оружие. Иногда посильнее гаусс-винтовки.
Лена лишь пожала плечами, но я видел, что она довольна оценкой сержанта.
— Что будем докладывать, сержант? — спросил я. — Про Рейнора…
— Доложим то, что сказала Петрова, — отрезал Килгор. — Встретили гражданских у вышки. Проверили документы, которых у них не было. Предупредили о недопустимости нахождения на объектах Доминиона без разрешения. Они удалились. Ничего особенного. Про Рейнора и «Стервятники» — ни слова. Дрейку это знать необязательно. Чем меньше он знает, тем целее будем.
Он посмотрел на нас.
— Все согласны? Если кто-то хочет написать подробный рапорт и получить медаль за встречу с «террористом номер один»… посмертно… это его право.
Никто не проронил ни слова. Все понимали, что Килгор прав. Разоблачение этой встречи могло иметь непредсказуемые последствия, и скорее всего — негативные для нас. Мы снова оказались в ситуации, где официальная версия сильно расходилась с реальностью.
Возвращались в Бэквотер мы молча, каждый переваривая случившееся. Эта встреча с Рейнором… она оставила странное послевкусие. Он не был тем монстром, каким его рисовала пропаганда. Жесткий, да. Опасный — безусловно. Но в его словах была своя правда. Правда о Доминионе, о войне, о положении простых людей.
Я все больше убеждался, что Мар-Сара — это клубок противоречий, где черное и белое давно смешались, оставив после себя лишь оттенки серого. И нам, рядовым солдатам, предстояло как-то в этом разбираться, стараясь не потерять себя.
Пыль Мар-Сары, казалось, проникала не только в легкие, но и в душу, оставляя там привкус горечи и сомнений.
После стычки с Рейдерами Рейнора и возвращения в Бэквотер наш взвод жил в состоянии постоянного внутреннего напряжения. Рапорт о «мирной встрече с гражданскими у ретрансляционной вышки» был принят лейтенантом Вэнсом без особых вопросов, хотя я заметил, как он задержал взгляд на Килгоре, словно пытаясь прочитать что-то между строк. Вэнс был карьерным офицером, но не идиотом. Он наверняка чувствовал, что мы что-то недоговариваем, но, возможно, и сам был не в восторге от перспективы докладывать полковнику Дрейку о встрече с самим Рейнором. Такая новость могла вызвать слишком много шума и ненужных проверок.