— Тетя Катя, я завтра в Ярославль поеду за медикаментами и зайду в поликлинику к доктору, договорюсь о приеме, чтобы Вам в очереди не сидеть. А сейчас хотя бы немного покушать надо.
— Не могу, Томочка, жжет все внутри и аппетита никакого.
— Надо, обязательно надо, тетя Катя! Куриного бульончика, только не наваристого, лучше из цыпленка.
— Не беспокойся, Томочка, я прослежу, — сказала Елизавета.
Обследование в поликлинике подтвердило страшный диагноз, и Катерину положили в больницу. Но было поздно. Болезнь была запущена. Катерина так и не узнала всей правды. Говорили, что лечат от язвы желудка. Только Елизавета знала, что это не язва, а рак желудка. Слово «рак» тогда и вслух-то не произносили.
«Как же, мама, почему ты мне не писала, почему молчала, что болеешь?» — вопрошал мысленно Петр, бредя домой в пустую избу. — И Антонина совсем забыла про мать. Ведь могла же вырваться хоть на пару деньков, это же не армия. Если бы я не был в армии, то, наверно бы, заметил. Не мог не заметить».
Через неделю Петр с Игнатом поехали в Ярославль. Надо было встать на воинский учет в военкомате, зайти в родное училище и на шинный завод, куда ребята решили вернуться. Но в военкомате они были сбиты с толку неожиданным предложением поступить на службу в органы МВД. И Игнату, и Петру, которые по очереди заходили в кабинет, сказали примерно одно и то же:
— Что же, молодой человек, у Вас достойная характеристика по месту прохождения военной службы. Вы награждены знаком «Отличник Советской Армии». К тому же — комсомолец. Предлагаем задуматься о службе в рядах советской милиции. Нам именно такие ребята нужны, тем более уровень преступности в стране растет. Должен же кто-то ловить преступников и защищать граждан нашей страны, обеспечивать им спокойную жизнь.
И дали недельку на размышление. Петр с Игнатом, конечно, имели смутное представление о работе в милиции. Да, им нравились фильмы о поимке преступников, особенно «Ко мне, Мухтар!». Была какая-то романтика в милицейских буднях. Но того, что их так запросто позовут на службу в милицию, они не ожидали. Конечно, им объяснили, что сначала надо отслужить в органах МВД рядовым, потом можно стать младшим начальником. А если хочешь дальнейшего повышения, тогда уже подавай документы в школу милиции. Выучишься — и расти дальше по служебной линии.
На завод ребята решили не заходить, навестили только своих преподавателей и мастера в училище. Был конец учебного года, экзамены, поэтому пообщаться подольше не удалось. Но в училище были рады появлению ребят и выразили надежду, что скоро они вольются в ряды рабочего класса шинного завода. К вечеру ребята вернулись в Волково. Решение принимать им, но посоветоваться с отцом Игната надо было обязательно.
Что знали друзья о милиции? Видели только какие-то внешние проявления, но сути не ведали. Не подозревали они и о страшных событиях антимилицейской расправы во Фрунзе в мае 1966 года. Разъяренная толпа ворвалась в здание городского управления милиции, учинила там погром, а потом сожгла здание. Об этом не писали в газетах, не рассказывали на телевидении. Став сотрудниками МВД, Пётр и Игнат через много лет узнали, что толчком для антимилицейских выступ-лений во Фрунзе, а затем в Чимкенте в июне 1967 года и Степанакерте в июле того же года была борьба за власть между министром охраны общественного порядка РСФСР Вадимом Тикменевым и личным другом генсека Л. И. Бреж-нева, бывшим Вторым секретарем ЦК Компартии Молдавии Николаем Щёлоковым. Именно Николай Щелоков возглавлял в тот период министерство, которое в 1966 году переимено-вали из МВД в МООП, а через два года вернули прежнее название.
Не догадывались парни и о том, что после XX съезда партии в 1956 году служить в рядах МВД стало непрестижно, так как общество ошибочно связывало образ милиционера с «черными воронками» из 1937 года. Однако собственно милиция в репрессиях не участвовала, этим занимались другие управления в НКВД, переименованном позднее в МВД.
Откуда им было знать, что после войны в милицию пришло много «фронтовиков», которые действовали с позиции силы, что привело к конфликту с обществом. И что встретят они в рядах милиции таких работников, как их ротный капитан Устюжин.
Зато они смотрели фильм «Ко мне, Мухтар!», фильм о буднях советской милиции, который в 1965 году шел во всех кинотеатрах и, конечно, был показан в их воинской части. Младшего лейтенанта Николая Глазычева достойно сыграл Юрий Никулин. Многие мальчишки, посмотрев фильм, захотели стать милиционерами и иметь своего Мухтара, и в их числе уволенные со срочной службы в запас Петр Красавин и Игнат Сидорин.
Дядя Егор, отец Игната, поддержал их, заявив:
— Если что-то пойдет не так, вы всегда сможете уйти и вернуться на шинный завод, профессия у вас есть.
Дожидаться конца недели они не стали.
Глава 9
