— Стародум теперь на нашей стороне, — говорю. — Мы можем использовать эту крепость как защиту. Брак с четвёртым сыном Киевского князя больше не обязателен.
Пытаюсь её убедить, что она может остаться с нами, но какой в этом прок? Стародум — всего лишь удел с несколькими деревнями в подчинении, а Киев — целое княжество. Заполучить такого союзника — ценнее любого золота.
— Я дала слово, — безжизненным голосом отвечает Снежана. — Я не могу его нарушить.
— Ладно…
Улыбаюсь самой искренней улыбкой. Надеваю на лицо маску, которая скрывает всё, что пылает, бушует, переворачивается внутри.
Размечтался, идиот!
Между мной просто не могли исчезнуть преграды. Обязательно должна была найтись какая-нибудь стена, не позволяющая нам остаться вместе. Будто сам мир настроился против нас. Это не честно, не справедливо, это против всего того, что собой представляет человек. Это олицетворение жестокого мира, которому плевать, что ты хочешь.
Разумеется, я не сдаюсь. Чуть позже я постараюсь решить проблему, ставшую между нами, а пока что улыбаюсь и до боли сжимаю кулаки.
— Пойдём наружу, — говорю.
Как бы нам ни было хорошо вместе, впереди много дел. Пора заниматься теми вещами, ради которых мы вообще пришли в Стародум.
— Мы победили, — говорю. — Но битва не закончена — нам надо найти безумца.
— Ты прав, — вздыхает Снежана. — У него девятая ступень, он может подчинять себе тысячи людей. Про такого человека никогда нельзя забывать.
Мы с девушкой спускаемся вниз.
В главном зале крепости целая куча человеческих тел. Такое же количество снаружи. Повсюду угли и обгоревшая трава. Из пяти тысяч человек в армии безумца погибла почти тысяча, а остальным очень сильно повезло. Если бы Светозара захотела, то сожгла бы каждого из присутствующих, но она била только по тем, кто нападал.
Это действительно победа.
Значит, вот как себя чувствовали люди в самом начале эпохи безумия: что-то грохнулось в лесу, и они получили силу, позволяющую менять привычный уклад вещей.
Теперь, чтобы победить врага, недостаточно насобирать людей, вооружить их, и направить в нужную сторону. Нужно учитывать силу. Она влияет на всё. Для начала нужно нанять убийц, которые прикончат людей, владеющих силой, и только после этого направлять войска. Чтобы всю твою армию не превратил в угли один единственный человек девятой ступени.
Должно быть, искусные убийцы сейчас очень ценятся.
— Ты как? — спрашивает Никодим, подбегая сзади. — Не пострадал?
— Нормально.
— Лады. Безумца не видел?
— Нет, сами вот ищем.
— Этот ублюдок наверняка спрятался где-то в замке.
Никодим уходит, чтобы проверить как дела у остальных. Я же в удивлении смотрю на две тысячи пленников, стоящих на четвереньках и коленях, а наши старики в доспехах ходят между ними и оттаскивают в сторону раненых. Заботятся о тех, кто ещё остался в живых.
Как сказал Волибор, никто не мог покинуть крепость — стены слишком высокие, врата заперты. Значит, безумец ещё здесь.
Нужно как можно скорее его найти, пока он не подчинил себе ещё кого-нибудь.
Долгое время мы с Никодимом и Снежаной ходим между пленными людьми и заглядываем им в лица, но знакомой бледной рожи с маленькими глазками нигде нет. Продолжаем выискивать его до самого рассвета, пока солнце не поднимается над горизонтом.
— Он совершенно точно в замке, — говорю. — И думаю, где-то высоко.
— Я тоже так считаю, — соглашается Снежана.
С восходом солнца перед нами предстаёт весь Стародум целиком: он оказался даже выше, чем я себе его представлял. Замок тянется так высоко в небе, что с подножия не видно его вершины. Не уверен, что смогу подняться на последний этаж — ноги не выдержат.
— Большой, правда? — спрашивает Волибор, подходя с довольной улыбкой.
— Ага…
— Я знаю о чём ты думаешь.
— Правда?
— Я тоже об этом подумал, как только увидел его впервые. Если хочешь подняться на самый верх — не обязательно проходить каждый этаж на своих двоих. Просто скажи вслух «на самый верх» и поднимайся по лестнице. Пройдёшь чуть-чуть и окажешься на вершине.
— Как это работает?
— Замок же живой, забыл? Он сам поднимет тебя куда нужно.
— Нам нужно спешить, — добавляет Снежана. — Скоро действие осколка закончится, и твоя подруга потеряет почти все силы.
— У неё снова будет третья ступень?
— Нет, не третья. Она много сражалась сегодня, поэтому наверняка поднялась в силе. Но это всё равно будет слишком мало по сравнению с тем, что она делала этой ночью.
Мы со Снежаной и Никодимом направляемся к одной из лестниц в центральной части Стародума.
— На самый верх, — говорю вслух, зажмурившись.
— Глаза закрывать не обязательно, — замечает Никодим.
— Знаю, просто подумал, что замку будет легче поднять нас, если мы ничего не будем видеть.
— Бессмыслица какая-то…
