— Э нет, рыжий, так не пойдет, — покачала головой гоблинша, — Шептаться за моей спиной не позволю никому.
Она ударила посохом в землю.
— Не понял, — Тактикус натянул лук, целясь в ведьму, но потом вспомнил, что это всего лишь иллюзия, и опустил свое оружие.
— Что с сыном моим, кабброва старуха? — почти умоляюще прорычал Барга.
— Да жив он, жив… У меня гостит. Ежели этот ваш староста себя хорошо покажет, так и быть — отпущу их обоих живыми и невредимыми. И проклятье сниму.
Как и прочие высокоуровневые и социальнозначимые «неписи», старая ведьма разговаривала практически нормально, а не на упрощенно-искаженном гоблинском «наречии».
— Слыхал?
Орк-здоровяк в два шага подошел к Шардону, обхватил его своими громадными лапищами за пояс и без видимых усилий приподнял над землей так, что их глаза оказались на одном уровне:
— Если вернешь Сорга домой, то Барга будет перед тобой в неоплатном долгу, староста…
Получено скрытое задание «Сорга, сын Барги»!
— Можете возвращаться, — Шардон повернулся к своим спутникам.
Заграб кивнул и зашагал назад, изредка бросая полные обожания взгляды на ведьму.
Барга медленно повернулся и так же неохотно принялся нагонять бывшего старосту, бросая на трактирщика взгляды, полные мольбы.
— Смелая падавана тут будет. Охранять господина староста, — решительно заявил Шныга.
— Ты здесь не нужен, — в голосе старухи звучала сталь.
— Шныга оставаться!
— Как знаешь… Только под ноги смотреть не забывай, тут полно змей…
И тут же над травой, всего в паре шагов от гоблина, поднялась, распуская капюшон, кобра. Где-то неподалеку раздалось зловещее шипение, а потом и с другой стороны…
— Моя… моя не боится ядовитый злой червяк… — неуверенно пробормотал Шныга, покрепче стискивая рукоять меча и прячась за широкой спиной Шардона.
— Такой смелый. Такой красивый. Такой умный, — довольно зацокала Тыжма, — Наверняка такого красавчика дома невеста заждалась.
Гоблин тяжело вздохнул.
— Что, не ценит она тебя, о бесстрашный воин? Так я беде твоей помочь могу. Зелье дать приворотное. Хорошее, сильное, на помете летучих мышей настоявшееся…
— Шныга остаться? — умоляюще посмотрел тот на старосту, — Или бежать домой и долго-долго свой любимый Хныга любить? Хороший квест, любить прекрасный Хныга. Много опыта!
— Беги, — разрешил Шардон.
Гоблин выхватил пузырек из рук ведьмы и припустил вдогонку за парой удаляющихся орков:
— Хэй! Ваша там стой, Шныга жди! Шныга тоже будет домой идти, чтобы свой прекрасный Хныга любить! А ну стой, кому моя говори? Шныга плохо бежать, совсем мало дышать!
— Ну, а вы чего уставились? — ведьма повернулась к игрокам, — Вам тут не рады.
Тактикус ухмыльнулся, поправил берет и спокойно сказал:
— Приветствую тебя, мудрая знахарка.
Тыжма оскалилась, но все же ответила.
— И тебе не хворать, путник.
— Что нового слышно? — продолжал игрок вести стандартный диалог с неигровым персонажем.
— Говорят, проклятье древнего шамана пробудилось, — едва ли не выплевывала слова ведьма.
— Может, у тебя найдется для меня какая работенка?
— Прочь! Убир-р-райтесь прочь!
Тактикус откашлялся и повторил:
— Я спрашиваю, есть ли для меня работа?
— Отчего ж не найтись? Работы у меня хватает… — покорно повинуясь игровым скриптам, отозвалась старуха, и тут же прошипела, — Ну, хитрец, я такую работу подкину — волком взвоешь!
Ухмыляясь, игрок взял у нее квесты на прополку сорняков, на поиски Ревень-корня и на сбор перьев Угрюм-совы. Злобная старуха вдвое увеличила сложность задания, но и награда возросла пропорционально.
— А что до тебя, милок… — наконец, загрузив бессмертного работой, повернулась она к Шардону.
Но ее отвлек другой игрок. Он помахал рукой перед самым носом ведьмы, радостно улыбнулся и поздоровался:
— Приветствую тебя, мудрая знахарка.
За ним вереницей выстроились остальные шесть человек из группы сопровождения.
— И тебе не хворать, путник, — процедила она, скрипя зубами от ярости.
