Старплекс полностью

– Это… невообразимо, – сказал Кейт, покачав лежащей на подушке головой. Он тоже немного помолчал, потом сказал: – Люди всегда фантазировали о вечной жизни. Почему-то «вечная жизнь» звучит не так пугающе, как конкретный срок. Я могу размышлять о бессмертии, но вообразить, что я буду жив в течение следующих десяти миллиардов лет… Это просто в голове не укладывается.

– Десять миллиардов лет, – повторила Рисса, качая головой. – Солнце давно умрёт. Земля давно умрёт. – Удар сердца. – Я умру.

– Может, да, а может, нет. Если это и правда продление жизни, то оно определённо связано с твоими исследованиями на «Старплексе». В конце концов, иначе как бы я оказался в числе участников? Может быть, через десять миллиардов лет мы оба живы?

Снова молчание.

– И вместе? – спросила наконец Рисса.

Кейт шумно вздохнул.

– Я не знаю. Не могу даже вообразить. – Он немедленно понял, что говорит не то. – Но… если у меня такое долгое будущее, то я хотел бы провести его рядом с тобой.

– Правда? – сразу переспросила Рисса. – А нам останется что делать вместе, что узнать друг о друге, после всех этих миллиардов лет?

– Может быть… может быть, это существование не во плоти, – сказал Кейт. – Может, наше сознание пересажено в машины. Помнишь, на Новом Нью-Йорке была секта, которая занималась как раз этим – копированием человеческого мозга в компьютер? Или может… может, человечество стало одним гигантским мозгом, но не поглотившим отдельные сознания полностью. Это было бы…

– Это было бы не так страшно, как концепция индивидуального существования в течение десяти миллиардов лет. Если ты ещё не посчитал, это означает, что сейчас твой возраст составляет одну двестимиллионную от твоего возраста тогда. – Она замолчала и тяжело вздохнула.

– Что? – спросил Кейт.

– Ничего.

– Нет, ты чем-то расстроена.

Рисса молчала ещё секунд десять.

– Ну я к тому, что и твой нынешний кризис среднего возраста пережить непросто. Представляю, что ты будешь вытворять, когда тебе стукнет пять миллиардов.

Кейт не знал, что сказать. В конце концов он решил обратить всё в шутку и рассмеялся. Смех прозвучал вымученно и неискренне.

Снова тишина – настолько долгая, что он подумал, что она наконец заснула. Но сам он не мог спать. Не с этими мыслями, роящимися в голове.

– Дульсинея? – тихо прошептал он. Так тихо, что, если бы она и правда спала, это бы её не разбудило.

– Гмм-м-м?

Кейт сглотнул. Может, не стоит сейчас касаться этого вопроса, но…

– Скоро наш юбилей.

– На следующей неделе, – произнёс её голос во тьме.

– Да, – сказал Кейт. – Будет двадцать лет, и…

– Двадцать замечательных лет, дорогой. О годах брака – только с этим эпитетом.

Кейт снова засмеялся – и снова фальшиво.

– Прости, ты права. Двадцать замечательных лет. – Он помолчал. – Я знаю, что мы планировали обновить в этот день брачную клятву.

– И что? – в голосе Риссы прорезалась обеспокоенность.

– Ничего. Нет, забудь, что я про это говорил. Это действительно были замечательные двадцать лет, ведь правда?

Кейт едва различал её лицо в темноте. Она кивнула, затем посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь заглянуть за них, увидеть правду, увидеть, что его гложет. А потом её осенило, и она перевернулась на другой бок, отвернувшись от него.

– Ладно, – произнесла она после паузы.

– Что?

И она наконец произнесла вслух слова, которые безмолвно стояли между ними в ту ночь.

– Ладно, – повторила она, – можешь не говорить «пока смерть нас не разлучит».

Кейт сидел за своей рабочей консолью на мостике. Голограммы трёх людей и дельфина парили над краем его пульта. Боковым зрением он заметил, как отворилась дверь и на мостик вперевалку взошёл Яг. Валдахуд, однако, направился не к своему рабочему месту. Вместо этого он встал перед Кейтом и стал ждать, явно нервничая, пока он завершит совещаться с голографическими головами. Когда они отключились, Кейт посмотрел на Яга.

– Как вы знаете, темняне пришли в движение, – сказал Яг. – Я искренне удивлён их подвижностью. По-видимому, они работают совместно, каждая сфера так складывает свои силы притяжения и отталкивания с остальными, что в результате всё сообщество движется в одну сторону. Так вот, в процессе они меняются местами, так что те темняне, которых раньше мы не могли наблюдать, сейчас находятся на периферии группы. Я сделал предположение относительно того, кто из темнян начнёт делиться следующим, и хочу проверить свою догадку. Для этого мне требуется переместить «Старплекс» по другую сторону от темнян.

– ФАНТОМ, схему окрестностей, пожалуйста, – сказал Кейт.

Голографическая схема повисла в воздухе между Кейтом и Ягом. Темняне переместились по другую сторону от зелёной звезды, так что «Старплекс», стяжка, звезда и сообщество темнян теперь располагались практически на одной линии.

– Если мы переместимся на дальний край области темнян, мы потеряем из вида стяжку, – сказал Кейт. – Можем пропустить ватсон. Вы не можете ограничиться запуском зонда?

– Мои предсказания базируются на очень тщательных расчетах концентраций массы. Для наблюдений мне понадобятся телескопы на первой или семидесятой палубе.