– Не говори глупости, Жанна. Чего мне её жалеть? Мы её не в рабство берём, а замуж за Вадима. Сын у нас хорошо воспитан, не глуп, пора ему свою семью создавать. Ты думаешь, поклонники за ней толпой ходят? Будь это так, она сегодня не сидела бы у нас в столовой. Вадим для неё отличная партия, может даже лучше, чем она для него. Родят нам внука и разведутся, если им не понравится семейная жизнь. Она первая? Примет суд сторону матери – будем помогать. Нам нужен этот ребёнок, Жанна.
– А если родиться девочка, дорогой? Ты сможешь повесить на неё больного ребёнка? Она сама ещё дитё.
– Жанна, ты сейчас о ком больше думаешь, о ней или о нас? Узнаем пол ребёнка – расскажем о проблеме и сделаем аборт. Нам нельзя тянуть со свадьбой и беременностью – вот о чём ты сейчас должна думать. Делай всё, чтобы понравится Ирине, и Вадиму дай пару советов, пока он не передумал.
Ирина была сбита с толку услышанным разговором. «Вадиму, как и его родителям, нужен наследник, – думала она, одеваясь в прихожей. – Они отводят мне роль инкубатора, готовы на всё, и плевать им на мои чувства».
– Ирина, ты куда собралась? – с недоумением спросил Вадим.
– Подальше от вас и ваших грандиозных планов, – ответила она, накинув пальто и снимая с вешалки свою сумку. – Прощай.
Ирина выскочила из подъезда, на ходу застёгивая пальто. Руки дрожали, а пальцы не слушались. Накинув на голову капюшон, она медленно пошла вдоль дома. Спросив у случайной прохожей, где находится остановка маршрутки, пошла в указанном направлении. Было бы умнее остановить такси, но его не было, а тормозить случайную машину она не рискнула. На сегодня было достаточно «приключений». Волнение и обиду вытеснял морозец, который пробирал сквозь тонкое пальто, а в лицо дул ветер со снегом. Начиналась лёгкая метель. Хотелось скорее попасть домой, выпить горячего чая, завернуться в тёплое одеяло, согреться и забыть о семье Прохоровых. В ожидании маршрутки на остановке собрались человек пять-шесть. На город опускались январские вечерние сумерки, зажглись уличные фонари. Пряча нос под шарф, и держа капюшон, она и не заметила, как автомобиль въехал на остановку, «разбрасывая» капотом ожидающих. Последнее, что она помнила, было испуганное лицо за стеклом авто и темнота.
Подъехало маршрутное такси, но, ни один из ожидавших не стал пассажиром. Один человек умер до приезда скорой, троих и Ирину увозили кареты скорой помощи. Обо всём этом она узнает только через три дня. Регистратор, установленный на маршрутном такси «запечатлел» трагедию.
Ирина Богданова приходила в себя медленно. Белые стены, белые жалюзи на окнах и белая постель не говорили ни о чём, пока она боковым зрением не увидела, а скорее услышала писк аппарата, стоявшего слева от неё. Медленно повернув голову направо, она увидела сестру. Ася сидела на стуле в белом халате и дремала. «Это больница, – пронеслось в голове. – Я помню остановку, как я туда попала, и машину я помню. Почему я её не заметила? Что было дальше, если я оказалась на больничной койке?» – думала Ирина, глядя на сестру.
– Долго же ты спала, спящая красавица, – целуя её в щёку, говорила Ася, на глаза которой наворачивались слёзы. – Как же ты нас напугала. Я позову доктора, а ты лежи и молчи.
Анастасия отсутствовала минуты три и вернулась с пожилым доктором. Он посмотрел на больную и велел принести стакан воды и ложку. Набрав в ложку воды, он приподнял голову Ирины и дал ей выпить воду. Ирина посмотрела на него с благодарностью.
– Как мои дела? – облизав пересохшие губы, спросила тихо Ирина. – Я здесь надолго?
– Надолго, голубушка. Ты помнишь, что произошло? Скоро тебя навестит полиция, – присаживаясь рядом, говорил доктор. – Думаю, и адвокат виновника появится. Тебе нельзя, не подумав, соглашаться с их предложениями. Дело в том, Ирина, что от смерти мы тебя спасли, но большего сделать, чем сделали, мы не в силах. Тебе, возможно, предстоит операция и не одна в хорошей клинике. Скажи им об этом. Я проконсультируюсь с коллегами, мы найдём клинику, но я не могу назвать даже примерную сумму расходов.
– Всё настолько плохо?
– Это как посмотреть. Если сравнивать с погибшим на месте – ты в большом плюсе, среди остальных пострадавших – ты в полной заднице. Без операции, девочка моя, ты не будешь ходить. Тебя это устраивает?
– Что мне делать? – спросила она с надеждой.
– Не раскисать. Ждать неделю, другую. У тебя есть проблемы и без спины. Подлечим, отправим снимки, свяжемся с коллегами в Москве, в Германии и будем ждать ответа. Ты должна настроить себя, что всё будет хорошо, но не завтра, а скажем через месяц-два.
– Почему меня нельзя оперировать здесь, дома?
– Случай очень серьёзный. Наши нейрохирурги не берутся, перестраховываются. Нужен ювелир. В разговоре будь в меру жёсткой, но тактичной. Виновный должен ответить за свои дела. Лечение всё расписано, об ограничениях тебе твой ангел расскажет. Боль не терпи, сестра сделает укол, по мере надобности. Отдыхай, я позже зайду.
– Почему ангел? – не поняла Ирина. – Кто он?
