Я помахала ему рукой. При этом установила, что вокруг моего запястья висел браслет из белого пластика.
— Привет.
Тракс указал на множество картинок на своём экране.
— Итак, Кэлли, что ты хочешь на обед?
Такой вопрос мне в последний раз задавали минимум год назад. Я начала вспоминать мои любимые блюда: омары и говядина. Да что там, простая пицца сделала бы меня счастливой. Интересно, было бы не вежливо, если бы я попросила карамельный пирог? Прежде чем я успела что-либо сказать, Тракс улыбнулся.
— Как насчёт супа из омаров, пиццы с говядиной и на десерт карамельный пирог?
Моя челюсть находилась где-то в районе пола.
— Я ни разу не говорила, что это мои любимые блюда.
По моей коже побежали мурашки.
— Не волнуйтесь, мы не умеем читать мысли. Нам просто поступил сигнал от вашего мозга, и мы сравнили его с возможными блюдами и вычислили подходящие.
— Не уверена, что счастлива от этого.
— Могу себе это представить. Но что ты думаешь, впринципе, не имеет никакого значения. Ты всё равно будешь спать. Мы должны настроить наиболее хорошую связь между вашим мозгом и мозгом нашей клиентки. И этот тест доказал, что подключение к компьютеру получилось. Нейрочип работает! — он всплеснул руками.
— А эти штуки могут сломаться?
— Ломаются ли компьютеры когда-либо? — он засмеялся.
Терри положил руку мне на плечо. Я увидела, что его ногти были покрашены в чёрный цвет.
— Не задумывайся над этим, котёнок. Просто наслаждайся поездкой!
Сидя за столом в «своей» комнате в халатике, я уминала ланч, который они для меня заказали. Мне огорчало, что я не могу поделиться с Майклом и Тайлером. Я только запихнула последний кусочек карамельного торта в рот, как ко мне зашла Дорис.
— Ну? Я же обещала. Ты наелась?
— Ага, сейчас лопну.
— Это хорошо. Не могу же я моих клиентов на голодный желудок в путешествие отпускать.
На мгновение мне почудилась печаль в её глазах, но, скорее всего, мне просто показалось. Она открыла шкаф и указала мне на вешалку со свободной розовой майкой и белыми джинсами. Нижнее бельё было тоже приготовлено: простенько раскрашенный лифчик и трусики, которые открывали больше, чем не хотелось.
— Когда закончите с едой, наденьте это. Всё остальное снимите, даже это, — она указала на наручный фонарик.
— Что вы с этим будете делать?
— Не волнуйтесь, всё будет вас дожидаться в надёжном месте.
— А кто выбирал одежду? — я попыталась это сказать безразличным голосом, так как возможно, она сама потрудилась над моим гардеробом.
— Гардероб всегда выбирает клиентка. Когда Клара обновит ваш макияж и заново сделает вам причёску, вы сможете приступить к вашей первой работе.
— Так скоро?
Она кивнула.
— Это продлиться не дольше, чем один день. Мы всегда так делаем. Что-то вроде пробного пуска, чтобы убедиться, что всё работает.
— А кто она?
Она скрестила руки у себя на груди и сделала такое лицо, будто постоянно повторяет одно и то же.
— Мы дорожим конфиденциальностью клиентов. Это к лучшему. Для вас, нас и клиентки. Наши клиентки проходят очень тщательный отбор, и я могу вас заверить, что это будет очень милая леди.
— Раз уж она такая милая, как вы говорите, нас бы могли познакомить.
— Не волнуйтесь. Клиентки также подписывают контракт, в котором мы чётко прописываем что запрещено, например, опасные виды спорта на которые вы не дали согласия, как гонки на машинах или прыгание с парашютом, — она меня обняла за плечи. — Поверьте мне, ваше здоровье очень важно для нас. Вам надо только расслабиться, «поспать» недельку, а потом забрать свой гонорар. Это всё, что от вас требуется. Я уже повидала многих девушек, которые уходили отсюда абсолютно счастливыми. Некоторые приходят до сих пор. И вы будете среди них.
— Последний вопрос: Мистер Тинненбаум недавно разговаривал с мужчиной, с которым я, к сожалению, не успела познакомиться.
— Когда это было?
— В тот день, когда я проходила тестирование. Высокий такой, со шляпой и в длинном пальто.
Она кивнула и понизила голос.
— Это генеральный директор. Руководитель этой компании.
— Как его зовут?
— Мы называем его «Старик», но никогда громко это не произнесите. А теперь перестаньте волноваться и станьте счастливой.
Легко сказать. В последний раз я была счастлива давным-давно. Давным-давно моя жизнь состояла из помады, музыки и сумасшедших друзей.
Я хотела быть уверенной, свободной и прежде всего живой. И я очень бы всё держать под контролем сама в этом сумасшедшем мире, но теперь все, кроме меня контролировали мою жизнь: Тракс, Дорис, Тинненбаум... И, видимо этот странный тип. Старик.
С лёгкими шутками было покончено. В комнате отдыха висело напряжение. Тракс сидел за компьютером, в то время как Дорис и Терри не отходили от меня. Я могла поспорить, что Тинненбаум наблюдал за нами через камеру.
У меня был идеальный макияж и идеальная причёска, и теперь я ждала начала этой операции. Дорис надела мне на запястье серебряный браслет с маленькой спортивной подвеской.
— Маленький подарок, который я дарю всем девушкам, — сказала Дорис.
Подвеска блестела: ракетка, пара парашютов и коньки.
