Он кивнул.
— Я видел, как она поднялась.
Он задумался на секунду.
— Ты знала, что у неё есть двоюродная бабушка? В Санта-Розе?
Я покачала головой.
— Она рассказывала о ней. Наверное она пошла туда, — сказал он.
Сенатор погладил Тайлера по голове. Маршал показал сенатору список, делящий съемщиков м дарителей на пары, когда все начали идти в комнату. Он провел по одной стороне списка, и в нём возле каждого съемщика была написано имя дарителя. Мэдисон использовала Рианнон, Тинненбаум был Ли, Родни Раджем и Дорис Брионой. Майкл поддерживал старого Эндерса с огромным животом и носом. Ему, наверное, лет двести. И это был тот кто поцеловал меня, когда был в теле Майкла? Мне захотелось вырвать.
Список Начинающих доноров и Эндеров съемщиков был очень длинным. Лорен, Тайлер и я просматривали каждое лицо в нём. Но не нашли никого, кто был похож на Эмму. Лорен не могла найти её Кевина.
— Я знаю, это было долгий процесс, — сказала Лорен, — Но ты никогда не теряла надежду.
— Мы будем продолжать искать, — я дотронулась до её плеча, — Мы не закончим, пока не найдем их.
Долгая ночь медленно перетекала в утро, и все теперь изменилось. Бабушки и дедушки приезжали, чтобы забрать своих внуков. Они были удивлены, увидев, что некоторые подростки пропали с приходом утра. Но я их поняла. Они не доверяли Эндерсам.
Тайлер спал на кушетке в офисе Дорис. Майкл и я сидели на стульях возле её стола. Мы сами были наполовину спящими и сильно уставшими. По крайней мере, так я себе объяснила, почему Майкл был таким отстраненным со мной.
— То есть, у Флорины есть двоюродная бабушка в Санта-Розе, — сказала я.
— Да. Она сказала, что будет опекать Флорину.
— Счастливая девочка.
— Флорина сказала, что я мог пойти с ней. И не под опекунство конечно.
— Почему не пошел?
Он пожал плечами:
— Там сильно холодно.
Я кивнула.
— Думаю, нам не придется теперь платить, — сказал он.
— Я бы на это не сильно надеялась.
— Всё это, — он покачал головой, — Мы рисковали нашими жизнями… ни для чего.
— Эй, это не было ни для чего. В наших головах сидят все договора Глав, и это может стать сделкой, — я смеюсь. Что мы ещё можем сделать? Я проста рада что моя маленькая банда снова вместе, даже если нам не будет где жить. До свидания матрасы и ванны, и да здравствует бетонные полы и ведра с водой.
Лорен появилась в дверном проёме.
— Кэлли, можно тебя на минутку.
Я посмотрела на спящего Тейлора. Майкл кивнул и сказал, что присмотрит за ним.
— Я думаю, тебе будет интересно это узнать, — сказала она с улыбкой.
Она отвела меня в бывший офис Тинненбаума, где за столом сидел её доверенный.
Это дало мне шанс полностью увидеть водный фонтан, который ранее так сильно меня впечатлил.
— Госпожа Винтерхилл оставила завещание. Вы в нём указаны.
Я посмотрела на Лорен. Она жестом предложила мне сесть на один из стульев стоящих перед столом, и сама взяла другой.
— Но когда она…? — спросила я.
— Она сделала это, до того как начала арендную плату. Она чувствовала, что обязана перед девочкой, телом который она рискует, — сказал адвокат.
— Она оставила тебе половину своего состояния, — сказала Лорен, — включая городской и загородный дома.
Дом.
Я не могла ничего сказать.
Адвокат прочитал с листа:
— Она говорит: «Я вас не знаю, но мне очень жаль из-за того что я использую вас таким образом. И простите меня за тот мир, который мы вам оставили.
Дом? Я была в шоке. Это наверное сон. Я дотронулась до своей щеки и почувствовала очень реальные швы.
Они поняли, что я не поверила в это и повторили завещание для меня. Объяснив все детали. Но, все что я слышала, было только одно слово: «дом».
И так. Хелена сдержала свое слово.
Я посмотрела на Лорен. Она кивнула, да, это всё было правдой. Её глаза блестели, когда слезы начали наворачиваться на них. А я, я закрыла свои, слезы текли как-то сами собой.
Дом.
Этим утром я взяла Тайлера, чтобы показать ему наш новый дом. Я знала, что никогда не забуду выражение его лица, когда мы зашли в особняк вместе с Лорен и её доверенным, Пока они увели Евгению, чтобы объяснить ей все условия завещания, Тайлер с восторгом рассматривал каждый предмет мебели и произведение искусства.
Он остановился возле бронзовой статуэтки собаки на столике.
— Можно мне её потрогать?
Я кивнула.
— Можешь делать всё что хочешь, это всё теперь наше.
Он взял её и прижал к груди. Хотя она, наверняка, весила несколько фунтов, Тайлер всё равно захотел взять статуэтку с собой. Когда я показала ему огромную кровать в одной из спален, собака всё ещё была с ним, и он решил, что спать статуэтка тоже останется здесь. Я положила её на край стола, в паре дюймах от его лица.
— Где Майкл? — спросил Тайлер, уже с отяжелевшими веками, гладя собаку по голове.
— Он забирает свои вещи из здания.
— Он придет и останется здесь, да?
Я улыбнулась.
— Да. Он хочет превратить гостевой дом в художественную студию.
— Мне интересно что он теперь будет рисовать. Теперь, когда мы больше не на улице, — замедлился голос Тайлера. Закрыл глаза
Потом он закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.
В следующие дни наши жизни вернулись в обычное русло.
