Корри осторожно приблизилась к краю ближайшего квадрата и опустилась на колени на дощатом настиле. В нос ударил запах свежевскопанной земли. Рассматривая кости через увеличительное стекло, Корри разглядела следы металлических ножей, обгоревшие участки и неровные места слома: кости раскалывали, чтобы добраться до костного мозга. Все классические признаки каннибализма налицо. Корри сделала фотографии на камеру, выданную Бюро. Все три черепа явно подверглись температурной обработке, а потом их разбили, чтобы извлечь мозг. Несмотря на поврежденное состояние костей, видно, что все они принадлежали взрослым людям – двум мужчинам и женщине: точно так, как сказала доктор Келли.
Женские останки Корри не интересовали. Она сосредоточилась на первом мужском черепе. Вот два смежных фрагмента и нижняя челюсть. На задней части черепа следы отслоения под воздействием высоких температур налицо. Этой стороной его явно клали в огонь. Другой череп лежал рядом. Следы на нем такие же. Вокруг черепов в беспорядке валяются другие кости и их фрагменты. Почти все сломаны или обожжены настолько, что их первоначальную форму угадать трудно. Среди костей тут и там воткнуты разноцветные флажки с номерами и буквами.
Сюда выбрасывали остатки одной трапезы за другой, неделями, может быть – даже месяцами. Старые кости скрылись под слоем новых. Трудно сказать, какие ребра, позвонки, ключицы и черепа принадлежат к одному скелету. Корри постаралась скрыть досаду. Поставить Нору Келли на место не вышло. Одной сломанной ключицы для установления личности мало.
– Как я уже сказала, здесь идут активные раскопки, – произнесла Келли. – Понимаете, что значит «активные»? У нас еще полно работы.
– Что обозначают флажки? – спросила Корри.
– На них записаны основные данные. Моя команда устанавливает их каждый раз перед началом работы. Так легче сличать цифровые данные компьютерной модели и то, что сейчас происходит на раскопках. Можно сказать, сочетаем теорию с практикой.
Корри кивнула. Сразу видно, что работа здесь организована блестяще и путаться под ногами у профессионалов ни к чему. Остается только ждать дальнейших результатов. А ведь завтра Корри должна вернуться в Альбукерке.
– Будет проще, если вы хотя бы частично введете меня в курс дела, – прибавила Келли.
– Я уже рассказала все, что могла. Вдаваться в подробности не имею права. Если сможете установить личность Паркина, пожалуйста, сразу дайте знать. И будьте добры, обращайтесь с останками как можно аккуратнее.
Нора нахмурилась. Корри сообразила, что ее слова можно истолковать как сомнение в профессионализме археологов, и поспешно прибавила:
– Конечно, не мне вас учить. Просто мы пока не уверены, какую роль останки Паркина сыграют в этом деле, поэтому за ними надо следить особенно тщательно.
Келли кивнула:
– Что-нибудь еще?
– Просто держите меня в курсе дела. Если будут обнаружены останки Паркина, возможно, кости потребуются нам для анализа. Но пока в этом нет необходимости.
Нора Келли велела двум ассистентам, Салазару и Адельски, закрыть квадраты.
– Хочу задать несколько вопросов вам и доктору Бентону, – проговорила Корри. – Не возражаете?
– Тогда давайте присядем.
Они подошли к рабочей палатке и сели на раскладные стулья под брезентовым навесом.
Корри достала блокнот и ручку.
– Еще раз уточняю: в двух местах в стороне от основного лагеря вы обнаружили три тела – двух взрослых мужчин и одной девочки – и предварительно установили их личности, а в куче костей отыскали три черепа взрослых людей – два мужских и один женский – и личности этих людей пока не установлены.
Доктор Келли кивнула.
– Вы упоминали, что в этом лагере умерли девять человек из одиннадцати. Что случилось с остальными двумя?
– Мужчина по фамилии Бордмен сбежал и сумел добраться до лагеря Доннера, но умер там. Другого мужчину, Чирса, спасли, но он скончался вскоре после того, как его вывезли. Из девяти остальных мы нашли шестерых и предварительно установили личности троих.
– Думаете, останки троих других в горе костей?
– Сейчас мы раскапываем ее заднюю часть, поэтому судить рано. Не удивлюсь, если большинство останков именно там. Может быть, найдем еще что-нибудь в стороне или на месте, где располагалась хижина.
– Хижина?
– Да. Переселенцы построили примитивное жилье из досок своих фургонов. Внутри располагался очаг. Судя по данным магнитометра, хижина стояла за кучей костей, но, пока не начнем раскопки в этих квадратах, с уверенностью судить трудно.
– Значит, останки Паркина могут оказаться там?
– Такую возможность исключать нельзя. Останки одного из взрослых мужчин мы еще не обнаружили.
Корри строчила в блокноте.
– Пожалуйста, расскажите, как возникла идея провести эти раскопки. С чего все началось?
– Клайв вам все объяснит.
