— Запомните: основа, или первая техника, всегда важна. Без неё вы не сможете двигаться дальше. Но только те из вас, кто научится смотреть за пределы рамок техники, смогут стать настоящими мастерами. Ключ к успеху — это чёткое понимание процессов и идеальные образы в вашем сознании. Если вы не знаете, чего хотите добиться от техники, если не видите её окончательную форму в своём разуме, вы никогда не сможете её изменить. А теперь о более важном: когда занятие закончится, мы с вами сходим в малое библиотечное хранилище, и вы выберете технику, которая должна стать вашим главным инструментом на ближайшие годы. Забудьте о строгих рамках и ограничениях. Забудьте о том, что техника — это нечто неизменное. Это ложь. Не пытайтесь искать и изучать несколько техник одновременно. Не смотрите на старших учеников и не копируйте их методы. Не думайте, что библиотека даст вам все ответы. Выберите одну технику. Одну! И отточите её до совершенства. Конечно, если вы сможете овладеть тремя техниками — «теневым шипом», «теневой защитой» и «теневым оружием» — это будет неплохо. Однако у каждого из вас есть предел. У кого-то четыре техники. У кого-то три. У кого-то две. И пока вы будете ломать голову над тем, какую технику выбрать четвертой, тот, кто сосредоточился на одной и довёл её до совершенства, сможет создать из неё всё: шипы, защиту и оружие. А затем изучить ещё три совершенно иные техники.
Ученики переглядывались между собой — кто-то тихо общался. Мне делиться мыслями ни с кем кроме Лиссы не хотелось, однако, судя по виду девушки, она впала в ступор.
— Сегодня мы с вами пойдем и выберем подходящую технику для каждого из вас, — произнёс Валеон. — А на следующем занятии вы пройдёте посвящение Тьме и начнёте работать с выбранными техниками. Сегодня — только выбор навыков.
Потом его взгляд снова остановился на мне.
— Китт Бронсон.
Он произнёс моё имя чётко, почти отрывисто. Все взгляды тут же устремились на меня.
— Вы свою технику уже получили, — продолжил он, выдержав паузу. — Вы свободны. Остальные — за мной.
Он развернулся и направился к выходу с плаца, даже не дождавшись ответов. Ученики начали двигаться следом за ним, некоторые бросали на меня быстрые взгляды — смесь любопытства и недоумения.
Я остался на месте. Сад опустел за считаные мгновения, и тишина окутала меня словно плащ. Лёгкий ветерок прошёлся по моему лицу, шевеля волосы.
Ну и ладно. Если уж у меня внеплановый выходной, схожу на почту.
Я быстрым шагом дошел до ворот секты и направился в город.
Маршрут до почты уже казался привычным, хотя шагал я туда в третий раз.
— Доброе утро, Китт! — поздоровался со мной хозяин отделения, видимо, уже запомнив меня в лицо. Приятно. И слегка нервирует: мало ли, кто еще запоминает практиков в лицо и потом передает эту информацию заинтересованным людям.
— Доброе утро и вам, — ответил я с натянутой улыбкой. — Есть что-нибудь на моё имя?
Мужчина задумчиво почесал подбородок, ушел в подсобку и вернулся с письмом.
— Вот, держи.
Я взял свёрнутый свиток, поблагодарил мужчину. Развернул свиток и, увидев знакомый почерк матери, поневоле улыбнулся.
Мама писала, что самочувствие стало гораздо лучше, целитель навещает её регулярно, денег на продукты хватает. Это хорошо — я часто задавал себе вопрос, справляется ли она.
Еще мать поблагодарила меня за предложение переехать или забрать её сюда, но отказалась. 'Я здесь всю жизнь прожила, — писала она. — У меня хороший, красивый дом, слава Ками. Как я его оставлю? Здесь я знаю всех соседей, дружу со многими, да и Самир тоже живет в Вейдаде, иногда с ним на рынке встречаемся, хоть одного сына вижу. А там из всех знакомых только ты. Не подумай, Китт, ты для меня очень много значишь, и может, в будущем я надумаю переехать, но сразу согласиться на такой важный шаг я не могу, нет, не могу.
Лучше о себе расскажи, как у тебя дела?'.
Я тяжело вздохнул. Я понимаю её привязанность к месту, где прошла вся жизнь, где каждая деталь напоминает о прошлом… не всегда радужном. Но всё равно грустно как-то. Тянешь человеку руку, хочешь вытащить его из болота, а он не спешит за нее хвататься. Хочется быть уверенным, что она в безопасности, а будет это только рядом со мной. Секта и родственников оберегает. В Вейдаде любой влиятельный идиот за целителя готов человека зарезать, а здесь вроде как и законы строже, и жизнь уровнем повыше.
Дочитав письмо, скатал его обратно в свиток и несколько минут просто сидел, глядя в окно на оживлённую улицу. Смесь облегчения и лёгкой грусти окутала меня, словно тёплый плед с широкой дырой: вроде и приятно, но могло быть и лучше.
— Ладно… — пробормотал я себе под нос и вернулся к стойке за листом бумаги для ответа.
'Мама, привет! Рад узнать, что ты поправляешься. Я понимаю твоё решение остаться в доме — это место дорого тебе, и я уважаю твой выбор. Но знай: если тебе что-то понадобится или ты передумаешь, просто сообщи и я все устрою.
