Вспоминая прошлые неудачи, я невольно скривился. Первая партия мяса и рыбы, которую мы принесли дракону, не вызвала у скотины ни малейшего интереса. Ящер игнорировал её, пока она не начала разлагаться и привлекать вонью мелких падальщиков. Только тогда, когда падальщики не умерли, сожрав половину принесенного нами, дракон соизволил выйти к лестнице, но не за мясом — за добычей, что сама пришла к нему.
Вторая попытка была удачнее: вчера мы принесли ему говядину, преимущественно кости с остатками мяса на них. Оголодавший дракон начал жрать мясо на наших глазах.
Сегодня я пришел один, без сопровождения, чтобы не вызывать у приятелей вопросов.
Я поднялся по скрипучим ступенькам, медленно положил мясо на пол, где мы оставляли кости. Затем отступил к лестнице. Когда что-то пойдет не так (нет, если что-то пойдет не так), у меня будет миг, чтобы переместиться к печати, которую я оставил с внешней стороны двери.
Не то чтобы этого расстояния хватит, чтобы гарантированно спастись от дракона, но находясь на улице, я уже смогу использовать теневую тропу.
Тишина. Я стоял неподвижно и прислушивался. Где-то в глубине дома послышался глухой стук когтей по деревянному полу. Сначала медленный, размеренный, затем чуть быстрее. Учуял мясо.
Из темноты показалась массивная фигура дракона. Чешуя тускло блестела в полумраке, а глаза — два янтарных огня — внимательно следили за мной.
Ящер остановился на мгновение, настороженно втянул воздух ноздрями, и медленно двинулся вперед.
Когти стучали по полу с каждым шагом, чешуйки с едва слышным скрипом терлись друг о друга.
Дракон посмотрел на меня искоса, наклонил голову к пятикилограммовому куску мяса и принюхался. Я затаил дыхание.
Секунда.
Вторая.
Наконец дракон раскрыл пасть, схватил мясо зубами и запрокинул голову. Лязгнули челюсти, по горлу дракона прошел вниз едва заметный комок.
Я замер в ожидании. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а потом дракон посмотрел прямо на меня. Его горло издало низкое рокочущее ворчание — звук, сродни раскату грома после молнии, ударившей на горизонте. Он прищурился и оскалил зубы, обнажив острые клыки.
Я отступил на шаг, не смотря в глаза духовному зверю — он мог принять это как вызов.
Прошло несколько минут. Дракон не гнал меня дальше: ящер сел на задние лапы, продолжая смотреть на меня искоса. Его взгляд изменился — он больше не полыхал угрозой. Или я себя так успокаиваю?
Вдобавок ко всему ситуацию осложняло то, что я не мог определить, когда заработает зелье верности, и каким будет эффект. В описании зелья верности, как и зелья эйфории, было указано, что оно действует около двух часов. Когда я ставил опыты на добровольце, эффект измененного сознания длился чуть меньше полутора часов (понятное дело, что здесь не компьютерная игрушка, и каждый человек обладает своим сопротивлением, своей массой тела и прочими индивидуальными характеристиками, которые влияют на время работы зелья.
Но дракон — это не человек. Если на него и подействует зелье, то драконья сопротивляемость может нейтрализовать его буквально за минуты. А значит, времени у меня будет мало.
Я сделал шаг вперед — медленный и осторожный, чтобы проверить, действует ли эликсир.
Дракон тут же напрягся: издал низкий вибрирующий звук из глубины груди и поднял повыше целое крыло.
— Понял-понял! — медленно поднял я руки вверх в примирительном жесте и отступил на шаг. — Стою на месте. Социальная дистанция.
Дракон не сводил с меня взгляда ещё несколько секунд, а потом снова опустил крыло.
Можно считать это прогрессом, хоть и маленьким. При первой встрече мы вместе не сидели.
Янтарные глаза пристально смотрели на меня. Я не мог понять, что он испытывает — любопытство, настороженность или безразличие, но допускал, что когда я использую заклинание кражи памяти, он придет в ярость.
Я медленно выдохнул и закрыл глаза, сосредотачиваясь на том, чтобы задействовать заклинание без слов — я уже делал так пару раз.
Если он хоть немного разумен, если его воспоминания хоть чем-то напоминают человеческие, тогда оно сработает.
Я максимально сосредоточился и мысленно дотянулся до заклинания, которое, как верный пес, всегда готово было прийти на помощь. Медленно поднял руку.
Ци вокруг медленно пришла в движение. Теплая энергия окутала мое тело, а затем потянулась к дракону. Моя ладонь дрогнула, когда я почувствовал сопротивление. Заклинание словно наткнулось на стену — гладкую и непроницаемую.
Время не замедлилось, и дракон даже не шелохнулся: продолжал сидеть, глядя на меня с тем же выражением. Заклинание не сработало.
— Ладно, — пробормотал я. — Попробуем ещё раз.
На этот раз я чеканил слова, вкладывая в них как можно больше Ци. Дракон насторожился, крыло снова пошло вверх, а массивный зад дракона оторвался от пола, но заключительные слова сорвались с моих губ и заклинание сработало.
Время замедлилось и остановилось. Заклинание работало, но странно, через силу, будто шестеренки заржавевшего механизма. Со скрипом, с натугой, тратя гораздо больше духовной энергии на поддержание себя, но работало.
