Здесь слишком высокая концентрация духовной энергии. Даже те, кто никогда не практиковал, постепенно укрепляются. Их тела сами по себе начинают становиться крепче, выносливее, быстрее. Если каждый из них продолжит, то за год они точно смогут взять хотя бы одну ступень закалки. А возможно, и больше.
Еще я вспомнил разговоры практиков из школы Небесного гнева. Они говорили, что на вершинах гор концентрация духовной энергии так велика, что за несколько часов можно стать настоящим практиком. Если так, то этот остров может стать чем-то большим, чем просто место для выращивания трав или духовных животных.
Последней точкой моего сегодняшнего путешествия стала сушильня. Часть трав, как и говорил Игнат, уже высушили на печи, на противнях, измельчили в ступках и распределили по горшкам, залив крышки воском. Я сложил горшки в контейнеры, те — в рюкзак, и пошагал к лодке, думая о том, что несу за спиной десятки золотых. А эликсиры, которые можно приготовить из этих порошков, будут стоит еще дороже. Таких урожаев я даже в самых смелых мечтах не ожидал…
Раз в неделю я буду приезжать на остров, привозить новые зелья, инструменты, материалы; проверять посевы и следить за процессом, но еще стоит озаботиться защитой. Сейчас всё держится на том, что место малоизвестное. Но рано или поздно слухи дойдут до ненужных ушей, и кто-нибудь предложит мне «защиту»: «Серые вороны» или другая банда — неважно. Надо быть готовым отстаивать свое. Защита секты, это, конечно, отлично, но те, кто захотят напасть и обчистить остров, могут о ней и не узнать.
Сегодня ближе к вечеру, впервые за долгие недели, сквозь плотные облака пробилось солнце. Мягкий, золотистый свет окрасил мир вокруг в насыщенные цвета. Будто старый художник опрокинул баночки с красками на серое полотно.
Близился конец сезона дождей.
Я шел по извилистым дорожкам секты, чувствуя, как внутри разгорается приятное предвкушение. Сделка обещала быть удачной — час назад я поговорил с Додоневым на тему, нужны ли ему обработанные духовные травы, и услышал, что он готов купить их. Сейчас я тащил к нему в лавку набитый контейнерами рюкзак и надеялся, что торговец окажется на высоте и не станет придираться к качеству и занижать цены.
Я толкнул дверь, и та бесшумно открылась, впуская меня внутрь. В глубине лавки что-то негромко звякнуло, стукнуло, и из-за прилавка поднялся Додонев.
В очередной раз замечаю, что полноватый, с широким улыбчивым лицом, Додонев выглядел скорее как именитый купец, привыкший заседать в залах гильдий или заключать сделки за богато накрытыми столами и тут же скреплять их лучшим вином, чем как скромный торговец в стенах секты. Плавные движения, хорошие манеры, постоянная, но кажущаяся не менее искренней улыбка. Он умеет расположить к себе собеседника, но за этой добродушностью скрывается острый ум и безошибочное чутьё на выгоду. После того, как я продал через него драконью чешую, Додонев стал еще приветливее.
— Ки-итт! — голос торговца прозвучал громко и очень уж тепло. — Ну наконец-то! Принес товар, верно? Сколько? Хотя не важно, сколько бы ты ни принес, я все заберу! Духовные травы нынче на вес золота. Да и оборот их куда проще организовать, чем с зельями — никаких ограничений. А уж если обработаны хорошо — м-м-м!
Он вышел из-за стойки, распахнув руки в дружеском жесте, но обнимать меня не стал. И слава богу — как по мне, он уже переигрывает с дружелюбием.
— Ты молодец, что решил принести мне оптовый товар! — хвалит меня Додонев, пока я выгружаю горшочки. — С кем-нибудь, кто стал бы мне из леса растения таскать, я бы и говорить не стал, но такая аккуратность, подготовка…
Дальше не слушаю, просто киваю и выгружаю товар.
Торг с Додоневым начался с широкой улыбки, щедрых слов.
— Ну-с, Китт, давай посмотрим, что ты принес, — наконец сказал он, наклоняясь над первым горшочком. Его глаза загорелись, когда он увидел содержимое. — Ох-хо-хо! Да ты не просто молодец, ты настоящий мастер своего дела! Да-а, молодчина! Посмотри на этот порошок! Идеально высушен. А аромат! — Он вдохнул полной грудью, театрально закатив глаза. — Чудо, а не товар!
Торговец пытался усыпить мою бдительность, но за фасадом словесных кружев и похвал затаился опытный и жадный стратег.
Додонев расправил плечи, взял горшочек в руки и начал внимательно изучать содержимое, будто пытаясь найти хоть малейший повод для критики. Взял маленькую ложечку, зачерпнул порошок, поднес к глазам. Даже дотянулся до переносной горелки, зажег ее и накалил ложечку. Пара над порошком почти не было.
— Конечно, товар хороший, — продолжил он уже более сдержанным тоном. — Но много дать за него не могу. Сам понимаешь, продать его будет сложновато. Надо и людей знать нужных, и суметь довезти товар до них.
— Небось, в Циншуе и продашь, — предположил я. — К тому же ты сам сказал про идеальный порошок.
Додонев усмехнулся, но не сдавался.
