Хотелось как можно больше времени провести с ним и Блюмом, но она решила уйти перед самым рассветом, когда будет темнее всего. До этого момента оставалось каких-то пару часов, а затем она покинет этот дом и больше никогда не вернётся.
Хотелось впитать в себя все запахи этого помещения, насладиться каждой секундой, отпечатать в памяти каждую деталь. Это место волшебно, а эти люди удивительны. То, что она их встретила — само по себе чудо.
— Странно, — голос Лекаря был сонным и мягким. — У меня плохо циркулирует кровь, и я всегда мёрзну, особенно пальцы рук, но сейчас мне очень тепло. Я даже не вспомню, когда у меня в последний раз руки не были ледяными.
Девочка взглянула на спящего Блюма. Этот солнечный человек и правда, мог бы истончать еле заметное тепло. По крайней мере, их первое знакомство оставило такое впечатление.
Со свечи сбегал горячий воск. Лекарь сделал ещё пару глотков чая и поставил чашку.
— Не уходи.
— Что? — девочка очень удивилась этим словам.
— Не уходи на поиски брата, ты пропадёшь. Он свою жизнь не ценит, так хотя бы ты не рискуй своей зря.
В его голосе не было жалости или сочувствия, он просто здраво рассуждал.
— Мы всегда держались вместе, и все трудности тоже преодолевали вместе. Для меня нет особой разницы между его жизнью и моей. Если он погибнет, я даже не знаю, что будет со мной… Я должна была увидеть, понять, что он собирается делать, ведь он мой родной брат! У меня кроме него никого нет…
— Ты так привязана к нему?
— Угу… — еле слышно ответила она.
Лекарю было трудно понять, что должно быть в голове у человека, чтобы так к кому-то привязаться. Да, он её родной брат, но у него тоже полно родных братьев и сестёр, вот только он их не знает. Возможно, ему даже довелось лечить кого-то из них, но он постоянно один и такая связь между людьми для него в новинку. Этот феномен он изучал в книгах, читал и о целой науке, изучающей человеческие взаимоотношения, но все люди в его жизни — это пациенты, а они приходят и уходят. Близких у него нет.
С самого детства он понимал, что рождён не таким, как все. Ему часто говорили: «Молись богам и духам, чтобы выжить», но Альфред не молился и всё равно выжил. И тогда-то он и задумался, возможно, есть причина его существования. Должно быть, мир чего-то от него хочет и его силах что-то сделать или попытаться изменить. Обучившись читать, он начал интересоваться забытой всеми наукой медициной и решил помогать всем без разбору. Хороший человек, плохой человек, будь он отшельником, или стражем, да хоть самим чёртом — для него это не важно. Если он может что-то сделать, чтобы помочь справиться с недугом — его долг это сделать.
Но в этот раз всё было по-другому. Именно духовная связь заинтересовала его. Блюм пошел на верную гибель, лишь бы помочь ей, а она готова ослушаться Стража, чтобы спасти брата. Что руководит этими двумя?
— Слушай… — голос девочки звучал нерешительно. — Можешь не отвечать, но… почему Страж ничего тебе не сделал?..
Лекарь, не задумываясь, ответил:
— В своё время я ему очень помог. Как раз незадолго после его возвращения с Парка он свалился откуда-то. Сломал ногу в колене, да так что кость торчала. Он бы умер без моей помощи. Провалялся у меня чёрт знает сколько, я тогда жил не здесь, а в районе отшельников. Потом когда поправился, вдруг стал зваться Стражем и наводить порядки, а мне как плату дал одно желание. Символично, согласись.
— Да уж… — подтвердила девочка мрачным тоном.
— И я попал в точку, когда попросил, чтобы ни он и ни одна его шавка меня не смели и пальцем тронуть. Но на мою тумбочку с настойками это видимо не распространяется… К тому же такие травмы бесследно не проходят, я всё ещё ему нужен.
— А тебе правда не страшно, что в какой-то момент Страж нарушит своё слово?
Лекарь шумно выдохнул.
— Нет. Чего мне бояться? За свою жизнь? Ну, умру и что? Мне нечего терять.
— Не говори так… — практически шепотом сказала девочка. — Блюм сказал мне, что жизнь не случайна, и, встретив сегодня тебя, я начала верить, что он прав.
— Я тоже думаю, что мы приходим в мир не без причины, но суть от этого не поменялась — меня в этом мире ничего не держит, да и сам мир особо не потеряет от моего исчезновения.
Ей стало очень грустно после его слов.
— Ну а ты?
— Что я?
— Ты-то почему Стражу нагрубила сегодня днём? Решила, что девочку не тронет?
Она пододвинула ноги ближе к себе и обняла свои колени. Немного помолчав, она начала:
— Меня вдохновил Блюм. Он знает меня второй день, а моего брата видел один раз в жизни, и всё равно он пошел со мной, чтобы помочь. Ещё и принял на себя столько ударов… — она помедлила, — а я в свою очередь решила, что могу помочь всем в этом городе, если заставлю его стаю сомневаться в нём. Не знаю, что на меня нашло. Я, конечно, бываю грубой, но чтоб вот так, да самому Стражу…
Лекарь долго смотрел на неё своим рентгеновским взглядом и что он высматривал, было известно только ему. Девочка же изо всех сил старалась не покраснеть от такого пристального внимания. Она опустила голову ниже, и волосы скрыли почти всё лицо, оставив снаружи только грязный нос.
