— Я не отступлю. Я буду учиться у него и не сдамся на полпути. Впервые в своей жизни, я не чувствую, что совершила ошибку. Впервые я приняла решение и не сомневаюсь в нём.
ЭрДжея удовлетворил такой ответ. Он ещё какое-то время сверлил её испытывающим взглядом, но затем улыбнулся и взъерошил волосы.
Он понимал, что сейчас произошло между этими двумя. Он всё видел, и в нём, и в ней. Хотя, скорее всего, сами они ещё ничего не поняли. Ему страшно хотелось помочь им, подтолкнуть их к осознанию этого, но вмешиваться в такие вещи лучше не стоит. Да и сантименты не по его части.
— И так, Перчик, значит, мы не умеем читать. Я, конечно, знал это с самого начала. Тебя выдал твой испуганный вид. Но всё же приятно видеть сейчас твоё виноватое личико. И то, что ты теперь учишься у Ала, не значит, что я дам тебе поблажки. Будешь выслушивать свою кару за это враньё порционно каждый день. Соврать о чтении! Это же святыня!
— Ладно, я это заслужила…
ЭрДжей снова взлохматил её волосы, и они пошли в Трактир.
И никто не заметил, что за этим всем сверху наблюдал Блюм. Он осторожно притаился на краю крыши и любовался судьбами своих друзей.
Мята сонно зашевелилась и приоткрыла глаза. Парни уже проснулись и что-то тихонечко обсуждали между собой, чтобы не разбудить её. Солнечный свет мягкими лучами проходил сквозь стекло окон и падал на деревянный пол.
— О, Перчик, с добрым утром.
— Доброе утро… — Мята привстала, пытаясь понять, где она и почему так хочется пить.
Ребята спали как убитые после утомительной дороги и выпивки, которой Дюк неустанно поил их в честь рождения его первой дочери. Но, даже не смотря на количество выпитого алкоголя, похмелья не было, и это утро было сказочно приятным и спокойным. Хозяин разместил ребят на втором этаже в одной из жилых комнат. Ал пытался вежливо отказаться, чтобы не создавать неудобств, но Дюк и слушать ничего не стал, поэтому ребята провели ночь в тёплой уютной комнате, спали на матрасах, и у каждого была своя подушка. Такая невиданная роскошь показала им, как важен комфорт в вопросах сна. Тело было отдохнувшим, лёгким и готовым к новым свершениям.
ЭрДжей почесал проступающую светлую щетину на лице.
— Я больше не смогу жить, как прежде. Что я делал всё это время? Я сконцентрировался на механике и электронике, а нужно было… разжиться матрасом и подушкой! Я всегда спал то на столе, заснув во время чтения, то доползал до покрывал, скомканных в углу. Матрас и подушка, кто бы мог подумать… Вершина человеческих изысканий!
— Когда вернусь в мегаполис, первым делом, сделаю себе матрас, — сказал Альфред. — Спать на деревянном диване ужасно. Хотя и довольно полезно… правда, сейчас я в этом уже не уверен…
— К хорошему привыкаешь быстро, — с улыбкой подметил Блюм.
ЭрДжей посмотрел на свои часы:
— Ох, три часа дня… Нам пора!
Трактир днём был совершенно не похож на то безумное заведение, в которое ребята попали вчера вечером. Посетителей практически не было, а те, кто сидели за столами, проводили время, неспешно попивая свои напитки. Музыкантов не осталось, поэтому в доме было тихо. Когда ребята снова спустились на первый этаж, их сразу же с улыбкой на лице встретил Тод.
— А вы, однако, любители поспать, — засмеялся старший брат.
— Ты влил в меня вчера целую бочку пива! Чудо, что я вообще жив!.. — ЭрДжей подсел к Тоду за барную стойку, и они принялись что-то обсуждать.
— Нужно забрать наши вещи и выдвигаться, — сказал Альфред остальным.
— Согласна.
— Куда это вы выдвигаться собрались? — позади послышался громкий голос Дюка. — Я вас никуда не отпущу, пока не накормлю своим фирменным завтраком!
— Еда? — отозвался ЭрДжей. — Вот это я понимаю забота о посетителях!
— Вы не просто посетители, вы мои друзья! Альфред спас мою любимую жену и дочурку. Я даю вам клятву, что вы всегда можете найти в моём доме пристанище. И если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, помру я на том самом месте, если откажу! Клянусь!
Дюк хлопнул два раза в ладоши и стукнул кулаком в свою грудь. Ребята переглянулись и заулыбались, а вот Альфред был смущён. Для него помощь людям была чем-то естественным, само собой разумеющимся.
— Ну, хватит мне языком чесать, пора браться за дело! Сейчас я покажу вам пищу богов! — и его пивной живот задёргался от смеха.
Хозяин подмигнул Мяте и пошел готовить еду.
Мята тоже присела за барную стойку:
— Он такой замечательный… — сказала она Тоду.
