– Вот-вот, – поддержал Белогор и указал на маленький тюк с тренировочным оружием, – берите все с собой, за стенами есть площадка дружинная, там и будете тренироваться. Но без меня, мне в городе нужно остаться.
Когда Паша и Ян собрались и вышли из палатки, снаружи стоял нанятый Белогором работник, который должен был помочь ему в торговых делах и погрузке товаров.
Тренировочная площадка делилась на различные части по предназначению: для конных тренировок, лучников или же обычных пеших. Имелись тут и набитые сеном чучела и мишени для стрел. Все это охраняло несколько престарелых сторожей, впрочем, никто и не стремился что-то украсть.
На площадке было пусто, этому Паша был рад, так как стеснялся своих умений, вернее их отсутствия. Однако шум тренировки вскоре привлек своих зрителей, в основном местную детвору и молодых девушек. Все они с нескрываемым интересом наблюдали за неуклюжими движениями Павла, но, видимо, им казалось, что это едва ли не верх ратного мастерства. Тогда Паша стал двигаться увереннее, иногда даже бравируя и картинно размахивая своим деревянным мечом. Однако его выступление длилось недолго, на площадку заявились и другие обитатели лагеря при дворе. Сколь бы ни был искусен воин, а поддерживать мастерство нужно каждому, тем более в преддверии битвы.
В отличие от Паши и Яна наемники Держигора использовали боевое оружие. Далеко разносящийся лязг мечей и щитов привлекал все новых зрителей, а Пашу с Яном уже никто не замечал. Что особенно порадовало последних, не замечали их и наемники, а ведь Паша очень боялся возможных насмешек и издевок. Теперь Паша спокойнее бил свое чучело палкой, чего нельзя было сказать о Яне, который, видимо, был в корне не согласен с мнением зрителей, которые более не желали наблюдать за ним. Он яростно мутузил копьем свою мишень, в какой-то момент он даже предложил Павлу сойтись в тренировочном поединке, но этому не суждено было сбыться.
Их внимание привлек шум, исходящий от толпы зевак и основной массы тренирующихся. Облепив забор, толпа шумно поддерживала некое намечающееся действие внутри квадратного загона для поединков. Ян и Паша не решились проигнорировать это действие, и сами, как и прочие зрители, приблизились к ограждению. Там намечался поединок между одним из наемников Держигора и спутником Хотислава.
Два рослых воина в полном доспехе собрались помериться силами из-за сущего пустяка, они не поделили между собой тренировочное чучело. Это притом, что никто из них не притрагивался к этим чучелам вовсе.
– Ну, тогда ты станешь моим чучелом! – хрипловатым басом заявил наемник, взяв наперевес огромный двуручный топор.
Его противник, вооруженный прямым мечом и легким щитом, лишь усмехнулся в ответ и принял боевую стойку.
– Только недолго, Тихомир! – обращаясь к мечнику, с некоторой издевкой, выкрикнул Хотислав, широко улыбаясь.
Тихомир был темноволосым, необычайно коротко стриженым мужчиной, со стальной осанкой и мощным подбородком, разделенным надвое впадиной. Лицо его было покрыто щетиной, а не полноценной бородой, что было редкостью для здешних широт. Всем своим видом он внушал мужество и непреклонную волю. На надвигающегося наемника он смотрел бесстрашно, без всякого видимого беспокойства.
Через миг на его непокрытую голову уже устремился топор, который наемник перехватил за самый край древка с тем, чтобы максимально удалиться от Тихомира и его короткого меча.
Молниеносным движением мечник сместился вправо, а затем и вперед с помощью кувырка. Оказавшись за спиной у наемника, ему оставалось лишь пронзить его незащищенную спину своим мечом. Но его соперник не был впервые взявшимся за оружие ребенком. Используя инерцию не нашедшего цели топора, он перенаправил его и, развернувшись, повел оружие снизу вверх. Тихомиру, который не ожидал такой прыти от соперника, вновь пришлось отдалиться. Его щит не выдержал бы столкновения с огромным топором Ратигора, так звали наемника.
Тогда Ратигор вновь атаковал Тихомира с безопасного расстояния, но тот продолжал отскакивать, увлекая за собой наемника. Подобная пляска без единого попадания продлилась около минуты. Ратигор слишком увлекся, к тому же явно рассвирепел. Юркий Тихомир маячил перед глазами, но никак не желал попасться под топор. Ратигор в очередной раз широко взмахнул топором, метя противнику в живот. Но тут Тихомир несколько изменил уже привычной тактике, и не просто отскочил, но ловко поймал рукоять топора на лезвие своего меча. Еще миг, и в руках Ратигора осталась лишь бесполезная деревяшка, которую он немедленно метнул в обидчика. Стукнувшись о щит, остатки оружия наемника оказались на песке ристалища. Но этот отчаянный бросок помог выиграть драгоценное время, которое он с умом потратил на извлечение из ножен меча.
