В комнате было душно, Вика не могла уснуть. Сестра сопела, закутавшись не в глубокий здоровый сон, а в тяжёлые давящие мысли. Неприятная атмосфера… Вика ушла в зал. Как долго она там находилась почти в состоянии медитации, сказать сложно, но вывел её из этого состояния звонок:
– Алё.
– Вика, – каким-то странным голосом произнесла Юля.
– Что-то случилось? Ты так поздно звонишь?
– Извини, я звонила Гале, но её нет. А мне надо с кем-то поговорить.
– Очень приятно, – сказала Вика. Она немного ревновала Юлю к Гале, так как познакомилась с ней первой и поэтому считала, что имеет право претендовать на место главной подруги.
– Если бы ты узнала, что скорей всего через три дня умрёшь, что бы ты сделала?
– Я бы накупила самого вкусного мороженного, самого дорогого мартини, закадрила бы самого симпатичного парня, высказала бы преподу по математике всё, что о нём думаю… – Что, кошмар приснился?
– Я серьёзно. Для меня это сейчас очень важно. Что бы ты сделала?
– Я тоже серьёзно. Если суждено умереть завтра, надо насладиться вдоволь последними минутами.
– Разве тебе не было бы жалко молодости, красоты… Я не знаю… Своей самой яркой мечты тебе не было бы жалко?
– У меня сейчас самая яркая мечта – закрыть сессию.
– Да нет, Вика… Ты пытаешься отшутиться. Ты боишься смерти?
– Нет. По-моему, это просто переход из одного состояния в другое. Если мы празднуем рождение, почему бы нам не праздновать смерь?
– Просто переход из одного состояния в другое… – передразнила Юля и положила трубку.
«Странная она сегодня…» – решила Вика.
Начинался последний день жизни Юли. В дверь зазвонили. На пороге стояла Галя с тремя резными тюльпанами. Она попыталась огорошить Юлю известием о надвигающихся прививках от энцефалита. Галя с детства боялась боли. Однажды, когда ей делали манту, она упала в обморок, и ей показалось странным, что подруга не разделяет ее чувств относительно этого известия…
– Что-то случилось? – спросила Галя.
Юля долго молчала, пытаясь перебороть слёзы, но истерика захлестнула её:
– Я не могу тебе сказать. Я не могу… Я не могу не подставить тебя. Галя, ты моя лучшая подруга, но…
– Ты чего? У тебя температура?
– Если б ты знала, насколько я перед тобой виновата, но я не хочу… не могу… не стану… Просто каждый живёт для себя, сам спасает свою шкуру. И я тоже, понимаешь…
– У тебя проблемы?
– И у тебя тоже…
– У меня проблем нет. Не знаю, что ты там натворила, но расстраиваться не стоит. Даже если тебя проглотили, есть два выхода. А вообще, мне пора. С днём Рожденья тебя.
За Галей захлопнулась стальная дверь. Комнату наполнили клубы дыма. Появился страшный демон с тёмной книгой судеб:
– Здравствуй, драгоценная, твой срок истёк.
– Эти три дня мне казалось, что всё вселенское страданье сосредоточилось в одном месте. И это место я, – она ещё пыталась надавить на жалость, хотя понимала, что ей шанс не оставили.
– Точка, где сосредоточится вся боль мира, взорвёт его.
– Почему?
– Потому что боль и радость – это то, с помощью чего Господь управляет космосом… Чувства, можно сказать, мощнейшее оружие в его руках. Как … Слабый, конечно пример, как деньги… Чтобы получить некоторое количество рублей человек день работает. Тот, кто ему платит, обладает властью над ним. Тот, кто очень богат, имеет огромную власть, не так ли?
– Так.
– А теперь представь, что чувства – это валюта, а некто проводит с ней определённые операции, чтобы заставить нас делать то, что он хочет…
– Эврика! Всё не так плохо!
Может, он и мне послал столько негатива, чтобы я одумалась, взялась за учёбу, перестала шляться по ночным клубам, нашла нормального парня… – в её словах светилось столько надежды, что даже несуществующее сердце демона дрогнуло.
– Может быть…
Юля встала на колени и обняла несуществующие ноги под чёрной накидкой:
Я должна жить! Пусть этот извращенец делает со мной, что хочет, но оставит мне жизнь.
Ты отказываешься? – зачем-то спросил демон, хотя всё и так было понятно, – Пишу: «Причина отказа: хочет жить». Странно, когда Люцифер отбирал нас в слуги, в графе причина, по которой я собираюсь занять эту должность, не достаточно было написать «хочу», хотя эта была единственная причина. Ну ладно, тебе решать. Если повезёт, будешь хоронить Галю.
«I will alive», – доносился из радиоприёмника сильный женский голос. Юля вспомнила русский эквивалент: «Но невозможно всё забыть и не возможно всё простить, и без тебя я буду жить». Да, кажется так. Когда-то эта песня помогла пережить самую страшную ссору и сейчас кинула улыбку на заплаканное лицо: «Я тоже буду жить! Демон сказал, что Бог управляет нами с помощью наших чувств. Ну, что ж, я послушаю тебя, Бог, хотя и не верю в тебя. Сегодня я буду сидеть дома, а завтра не прогуляю ни одной пары. На следующей неделе, не пойду только на вышку, а со следующего семестра вообще стану отличницей». Юля заулыбалась. Она нашла выход.
К вечеру набежали подруги и друзья. Они стали уговаривать Юлю пойти в клуб:
Ты чего? Такую дату нельзя не отметить! Совершеннолетие бывает раз в жизни.
