Вот теперь ничего не мешало ей заняться непосредственной работой, а если быть точной, исправлением своих ошибок. После того как ей отказали и вернули на третью ступень тишины, прошло много времени. Аоми злилась и не понимала отчего её, любимую ученицу, лишили практики. И только после индивидуальных занятий с Хранителем она осознала свои ошибки. Сейчас она пришла исправить и скорректировать то, чего не должно было случиться, но произошло по её вине.
Ушедшая, а девочка была именно ею, ходила между присутствующих, считывая их память, стремления их души. От кого-то ей хотелось отдёрнуть ладонь и вытереть о штаны, как от грязи. Возле кого-то оставалась долго, решая судьбу человека и вынося приговор. Сейчас она была как никогда собрана и старалась выполнить работу на совесть, чтобы учитель не разочаровался в ней окончательно.
Девочка верила, что у неё есть все шансы исправить не только свои недочёты и ошибки, и будем честными, безответственное отношение к некоторым моментам своей работы. Сейчас считывая этих людей она как никогда осознавала, что была неправа. Учитель оказался прав во всем, она не готова. Было ужасно обидно и горько, что она шла к пониманию так долго. Неожиданно Аоми почувствовала одобрение и поддержку учителя и уже более уверено начала действовать дальше.
К Борфинору она не стала подходить, об этом безумце она знала давно. И когда-то малодушно подсунула ему вместо себя чужую душу. Не захотела тогда возиться, и вот что из этого вышло. К алтарю она тоже пока не подходила. Удивительно, как Ушедшие пропустили его, когда покидали этот мир. Во всем плохом, что случилось, было и хорошее — то, что был обнаружен последний алтарь тьмы. И магистр оказался последним проводником его силы. Аоми нащупала в кармане шарик мега стазиса, куда собрала всю тьму этого места и удовлетворённо улыбнулась.
Девочка неосознанно оставила алтарь с лежащей на нем Алиной на потом. И только закончив со всеми, поняла, что ей просто невыносимо стыдно за своё безответственное поведение и легкомысленное отношение. Выдернуть душу из другого мира и бросить её было неправильно. А в случае с Аоми ещё и подло, ведь она спасала себя, но совершенно не позаботилась о переселенке.
Глубоко вздохнув, решилась и сделала шаг к алтарю. Ладонь легла на холодную руку девушки. Глаза девочки побелели и перед её мысленным взором, словно на экране, прошла жизнь этой женщины из другого мира. Нет, не женщины — ребёнка с душой взрослого. Аоми закусила губку, сдерживая боль, всё же не настолько она ещё готова к такой работе. Душа ещё была здесь, держась на тонкой нити, соединяющей её с телом. Порви её, и она уйдёт за грань.
Но что-то было ещё, что держало душу, не отпуская её, не давая порваться такой тонкой нити. Нахмурившись, девочка решилась и применила истинное зрение драконов. Она знала, что ещё мала для него и ей не положено по статусу им пользоваться, но была готова держать ответ перед Советом и Службой Безопасности.
Она не смогла сдержать вскрик, душа была привязана красной лентой к другой душе этого мира. Именно он держал её, не отпускал, чувствуя всё, что происходит с его парой. Аоми ощущала его боль и горе, чувствовала как тоска сжимает сердце и в клочья рвётся душа. Таких сильных и чистых эмоций ей ещё не приходилось считывать. И сейчас было невыносимо горько и больно. На её глазах выступили слезинки. Удивлённо смахнув их пальцами, она осмотрела лежавшую на столе девушку.
Нет, уйти она ей не даст, исправит ошибку тринадцати летней давности. Да и мир принял душу иного мира, накрепко связав с душой из этого. Чуть встряхнув кистями рук и глубоко вздохнув, погрузившись в первую ступень тишины, Аоми начала творить. Этот зачёт она сдала давно и надо сказать, легко. Но сейчас ей было страшно сделать что-то не так, не рассчитать необходимое количество магии, забыть какой-нибудь пустяк. От этого её руки подрагивали и Аоми никак не могла с этим справиться.
Сколько раз её ругал Хранитель за то, что она действует сгоряча: “Сначала делаешь, а думаешь потом”. Сейчас она не допустит такой ошибки. Её невнимательность может привести к тяжёлым последствиям. Девочка тяжело вздохнула, понимая, что Учитель прав и она ещё не готова к самостоятельной работе. Но это была её ошибка и она должна была всё исправить. Это закон её народа. Проверка на совершеннолетие.
Её руки летали над телом Алиниэль Им Каности. Вернуть душу в тело не составило труда. Боясь касаться красной ленты, чтобы не отвлекаться на чужие, но яркие эмоции, она продолжала исправлять повреждения тел: физического, ментального, магического, эфирного на всех планах и уровнях бытия. Именно на этом этапе Аоми боялась пропустить одно из сорока тел. Поэтому её губы шептали вслух цифру, а руки летали, исправляя, восстанавливая, сращивая.
