Не надо было лишний раз вываливать все из карманов, разуваться, умолять, чтобы вам разрешили оставить при себе дезодорант-зажигалку-ножницы. Не надо надираться в буфете перед вылетом, заглушая аэрофобию, терпеть тошноту на взлете и шило в ушах при посадке. Можно курить. Не надо срываться куда-то из дома — я вот, например, разгреб все дела на неделю и оказался в ситуации «Парада планет» Абдрашитова и Миндадзе, когда меня отовсюду отпустили, а я никуда не улетел. Можно пойти с женой в кино, дописать роман, вспомнить, что есть какие-то друзья. Можно обмануть всех и внезапно прийти на работу. Они думают, я в Лондоне, а я обломался!
Что до сына — я, конечно, скучаю по сыну. Но мысль о том, что во время экскурсии он пробежал лучший музей Европы за три часа, а теперь у него будет время хоть постоять перед парой картин, эту грусть скрашивает. Однажды я три дня не мог вылететь из Симферополя — все какие-то были туманы по утрам. И какие же, братцы, это были прекрасные три дня в Артеке, когда я никуда не мог из него деться! Современного человека можно заманить к счастью только одним способом — запереть в раю, объявив нелетную погоду.
Вы все думаете о том, сколько встреч сорвалось и сколько народу не успело к семьям, а я — о том, сколько пар перезнакомилось в очередях, в залах ожидания, во время скандалов в турфирме! Вы говорите, сколько контрактов не подписано, а я радуюсь тому, сколько грабительских сделок сорвалось, сколько топ-менеджеров выпали из графика, сколько наемных убийц не вылетели навстречу жертвам, сколько бездарных артистов не улетели на съемки бессмысленных блокбастеров! Человечество, кажется, достигло в своем развитии такого уровня, когда преимущества какого-либо облома превышают его издержки; когда срыв поставок лучше поставок, отказ от съемок художественно ценнее съемок, а тайное свидание с любовницей в Венеции скучнее, обременительнее и дороже уютного ужина с женой в Москве.
Вы как хотите, а я говорю: спасибо тебе, Кудль. Кудль дальше.
Наконец-то. Я давно ждал, что кто-нибудь об этом заговорит. Стивен Хокинг, человек с легендарной биографией и парадоксальнейшим мышлением, столп современной физики, сказал, что инопланетяне давно среди нас, что математически это не просто вероятно, а неизбежно и что человеку лучше с ними не общаться. С одной стороны, Хокинг — великий мистификатор и популяризатор, и ради привлечения внимания к физике и не такое отмочит. С другой — он в самом деле слегка ку-ку, ибо умудрился, страдая амиотрофным склерозом и владея вполне всего одним пальцем, не только дважды жениться, но и дважды развестись (отцом стал трижды).
Проблема, артикулированная Хокингом, не нова, и важно было лишь, чтобы ею заинтересовались не только фантасты, а и серьезные физики. На сегодняшний день мы знаем около трех десятков землеподобных планет — так называемых суперземель, и хотя большинство вроде как пусто, одна из них вполне может быть родиной каких-нибудь суперменов. Почему бы им к нам не внедриться? Стругацкие в 1984 году («Волны гасят ветер») уже сочинили так называемый «Меморандум Бромберга», в котором обозначены главные критерии обнаружения инопланетных влияний в земной политике либо истории. У них обосновывалось, что для начала так называемые Странники поделят человечество на две неравные группы по непонятному для нас критерию, а потом займутся опережающим развитием более перспективной группы, отсеивая прочих. Любопытно, что к этому же выводу в новом романе «Райская машина» пришел Михаил Успенский: там инопланетяне занимаются именно выбраковкой, уничтожая слабых и слишком умных. И не знаю, как в мире, а в России они уже действуют вовсю.
