– Ну взять среднестатистический показатель… и попытаться вычислить…
– Дэни, я вроде считала тебя умным человеком. – Стефани закатывает глаза цвета ночного океана и успокаивающе поглаживает пока еще плоский живот, – среднестатистическое значение в случае оценки КВИПовского восприятия всегда плавающее, и его коэффициенты рассчитываются с условием, что дополнительных нервных систем семь. А у нее их… сколько там? Двадцать семь?
– Двадцать восемь… – почти огрызается Тэми, встряхиваясь всем телом, как промокшая собака, – и хватит говорить обо мне так, будто меня тут нет. Это раздражает!
– Всем привет! – вклиниваюсь в их перепалку, параллельно вытаскивая из-за спины нашего новенького, – Стефани мы тебе еще одного подопытного привели! Нужна полная диагностика и … Сандр??
Такое ощущение, что он увидел привидение. Никогда в жизни я не видел еще, чтобы человек с такой скоростью бледнел и застывал с приоткрытым ртом на половине шага. Однако в следующую секунду я замечаю неожиданно ставшие огромными и страшными глаза Тэми… Словно ее вечно прохладная доброжелательная оболочка некрасиво треснула неровными сколами, и сквозь них в реальность стало просачиваться нечто темное и пугающее до глубины души.
– Э-эм… Вы знакомы? – неуверенный голос Кристиана как будто схлопывает непонятный ужас их явного взаимного узнавания до привычного вежливого равнодушия. И то как быстро это произошло, меня откровенно удивляет.
– Не думаю, что это будет правильное утверждение… – Тэми выбрасывает на лицо дежурную милую улыбку и получает в ответ от Сандра не менее механический отточенный кивок.
– Ну в любом случае, – похоже, что сегодня моя задача неизменно сглаживать шероховатости в общении, – знакомьтесь, это Сандр… А это Стефани, Дэни, наш программист-рукавник, и Тэми.
Я хочу продолжить объяснять, но Стефани почти насильно заталкивает Сандра в диагностическое кресло, заставляет снять с шеи тонкую золотую цепочку с крошечным медальоном, разглядеть который никто не успевает, потому что его почему-то отдают подержать стоящему рядом Дэни, и ловко втыкает в мышцы кисти правой руки почти десяток тоненьких иголочек-датчиков.
– Не бойся, это не больно… – Стефани подмигивает Сандру, который явно пребывает в своих мыслях, – ты почувствуешь легкое покалывание и… ого…
Стефи удивленно вскидывает широкие густые брови, разглядывая появляющиеся на мониторе данные.
– Слушай, ты не против, если я начну тест сначала? – озадаченно интересуется она, заставляя всех, кроме Тэми и тестируемого Сандра подойти к ней поближе и взглянуть на экран, – я просто не уверена, что программа не словила глюк…
– Да, конечно, если это необходимо… – Сандр кивает ей как марионетка, бросая взгляд исподтишка на листающую обновленный справочник по индукционной плавке и последующей сварке металлов Тэми. Но та, увлеченная книгой, не обращает на него никакого внимания.
Стефи перезапускает программу и нажимает на клавиатуре несколько довольно странных комбинаций символов…
– Тааааак…
Данные обновляются с небольшой задержкой, но, если честно, я не вижу никакой разницы между ними и предыдущими результатами.
Стефани озадаченно пожевывает мягкую нижнюю губу. Отбирает у Дэни данные Тэми и принимается их сверять с графиками на экране.
– Вы что, родственники? – наконец интересуется она, поднимая распечатку над головой.
– Нет, – их почти мертвые голоса звучат в унисон, и мне становится не по себе.
– А данные говорят об обратном. У вас коэффициент корреляции биоактивности почти как у близнецов. Иными словами, если отбросить внешность и пол… вы почти одинаковые… Компьютер автоматически при расчете объединил ваши параметры, как если бы я исследовала наших погодок Сурама. Только у вас коэффициенты отклонений по одним и тем же признакам намного меньше, чем у них, родных братьев…
– И что это значит? – осторожно интересуюсь я, понимая, что уже мысленно готов пытать эту странную парочку недоросликов.
– Слушай… – Сандр барабанит длинными костлявыми пальцами по подбородку, – а Ветренная… как ее… забыл имя…
– Сейсан… – откликается нахмурившаяся Тэми, – если мне память не изменяет… Но она жила за семь поколений до меня… И все рожденные Гаммой дети остаются в семье.
– Много ты о моем клане знаешь… – Фыркает Сандр, – они своих наследников, рожденных вне статуса, любыми способами в клан выцарапают. А Сейсан Харта славилась рекордной для Гаммы плодовитостью и способностью пудрить своему мужу мозги насчет его авторства бесчисленных отпрысков. Регулярное обновление крови с помощью лучших генетических бастардов, которым присущи самые ценные наши черты, это для Дрюмеров не шутки.
– Да, за такое стоит побороться однозначно… – беловолосая девчонка серьезно качает головой, переворачивая очередную страницу.
– Не-ет… – Стефани снова сличает графики, – мало похоже на правду. За семь поколений сохранить такую схожесть вы бы не смогли…
От их очередного одновременного смешка мне уже окончательно становится не по себе.
